«Лукашенко из совещания в совещание это повторяет. Значит, объем проблемы и масштаб действительно огромный»

В России второй месяц у фермеров массово отбирают скот на убой. По официальной информации, из-за эпидемии бешенства. При этом эксперты все чаще говорят, что симптомы больше похожи совсем на другую болезнь. О том, насколько ситуация опасна для Беларуси и может ли эпидемия перекинуться через границу, в программе «Просвет» обсудили Сергей Пелеса, Дмитрий Мицкевич и эксперт в сельском хозяйстве Николай Лысенков.

Николай Лысенков: Хотелось бы заострить внимание на статистике. Мы всё знаем благодаря статистике, которую нам показывает Белстат. Но Белстат – это такой же комитет, как и, условно, ЦИК, и эти комитеты показывают ту картинку, те цифры, которые хотят видеть наверху. Что сказали, то и показали. Что касается свиней, в прошлом году, позапрошлом году был большой падеж. И я думаю, что это связано с той же чумой свиней, которая идет по многим странам. У нас в Беларуси это скрывают. Мы сейчас видим в России, в Сибири скот вырезают тысячами. Говорят, что бешенство или еще какие болезни придумывают. Но все меры, предпринимаемые, похожи на борьбу с ящуром. Если признать, что у нас ящур в стране, то страна становится закрытой для скота. Запрет будет на ввоз.



Сергей Пелеса: Может быть так, что режим Лукашенко скрывает болезни в Беларуси, чтобы не было катастрофы в сельскохозяйственной отрасли, чтобы не потерять миллионов на экспорте продуктов?

Николай Лысенков: Я к этому веду, что в России это скрывают. У нас тоже чума свиней. Мы с вами помним, как 10 лет назад у нас свиней по хозяйствам собирали, говорили, что ничего страшного, только у вас чума. На самом деле эта чума была по всей стране. Комплексы закрывались, свинофермы мелкие все повырезались, чтобы только крупные комплексы выжили. Сейчас на крупных комплексах сокращается поголовье свиней. Вместе с мясокомбинатами параллельно развивается и мясопереработка. Мясокомбинатом не хватает мяса, поэтому мы закупаем мясо из России.

Сергей Пелеса: Дмитрий, к тебе вопрос. Ты подготовил фрагмент эмоционального заявления Лукашенко. Он не выдержал на одном из предыдущих заседаний, это было зимой, когда были аномальные морозы. О чем он говорил?

Дмитрий Мицкевич: Просто история в том, что вообще мы видим, что эта проблема очень серьезно обсуждается режимом Лукашенко уже более года. Ладно, если бы это было где-то там, в новостях. Но Лукашенко из совещания в совещание это повторяет. Значит, объем проблемы и масштаб действительно огромный. Даже ему понятно. Интересно здесь то, что сколько бы он ни ходил, мы видим: из года в год показатели только хуже. За последние два года ситуация только ухудшается. То, что он говорит, вообще никак не сказывается на ситуации. И вот уже к каким аргументам Лукашенко переходит. Он сказал: «Почему я говорю о падеже? Я хочу, чтобы вы обратили внимание, что это моральное уродство наше, когда мы не можем защитить особенно в такую трудную погоду братьев наших меньших».

Сергей Пелеса: Как бы ты прокомментировал такое эмоциональное заявление? Это какое-то отчаяние и он уже не знает, как это остановить?

Дмитрий Мицкевич: Он просто уже даже не знает, какие аргументы использовать. Он уже и так говорил, и с материальной точки зрения подходил, ведь он говорил, что все-таки там деньги, и так далее. Но уже даже хотя бы по-человечески подойти. Но если ты таким образом строишь систему, то очень трудно от нее что-то требовать: каждый думает только о том, как с себя максимально спихнуть ответственность, ничего не трогать, чтобы ни в коем случае ни за что не отвечать, так как за любую ответственность можно ответить после перед карательными органами Лукашенко.

«Генерал КГБ»: Время начала операции - август