«Штурмы в кредит». Чем отличается фронт в сводках российского Генштаба от реальности
Владимир Путин продолжает настаивать, что российская армия «продвигается по всем фронтам». В интервью корреспонденту кремлёвского пула Павлу Зарубину он заявил о почти полном захвате Константиновки и Лимана, об окружении частей ВСУ «у реки Старый Оскол» и успешном наступлении на город Сумы, до которого, по оценке российского президента, «осталось где-то 10,5 км». Аналитики Русской службы Би-би-си Илья Барабанов и Илья Абишев изучили штабные документы и выяснили, как воюет армия, когда её представление о фронте не совпадает с действительностью.
![]()
Заявления Владимира Путина о российском продвижении расходятся с данными независимых наблюдателей: в Константиновке продолжаются бои, Лиман остается под контролем ВСУ, линия фронта на Сумском направлении не меняется с апреля, никаких окружений в районе реки Оскол нет.
Владимир Путин не впервые преувеличивает достижения российской армии по захвату украинских территорий: теперь он фактически признал, что российские войска не контролируют Купянск, хотя в конце прошлого года дважды заявлял о взятии этого города.
12 июня российский лидер утверждал, что российские войска «подбираются к Запорожью».
Но документы 58‑й армии и данные независимых исследователей свидетельствуют: карты российского Генштаба на этом направлении могут расходиться с реальностью на десятки километров с потенциально смертельными последствиями для российских военнослужащих, действующих в этом районе.
Русская служба Би-би-си изучила штабные документы и выяснила, как воюет армия, если ее представление о фронте не совпадает с действительностью.
В День России, 12 июня, после награждения званиями Героев труда и вручения госпремий президент России Владимир Путин встретился со штурмовиками российской армии. С одним из них у президента состоялся разговор:
«С этим шевроном нашего батальона мы в прошлом году взяли населенные пункты Каменское и Степовое Запорожской области и считаем, что это наш небольшой подарок вам», — заявил командир десантно-штурмового взвода 247‑го десантно-штурмового полка лейтенант Сергей Чувашов, поднося шеврон президенту в качестве подарка.
— Это группировка «Днепр», так? — уточнил Путин.
— Точно так!
— Постепенно подбираетесь к Запорожью?
— Точно так!
— Успехов вам.
Это высказывание вызвало удивление у всех — от независимых военных специалистов до авторов z-каналов, поскольку к Запорожью российская армия не «подбирается» даже близко. До этого областного центра, который Владимир Путин на бумаге включил в состав России еще в октябре 2022 года (после чего упоминание Запорожской области появилось даже в российской Конституции), на пятый год вторжения российская армия дойти так и не смогла.
Скорее, наоборот, наступление российских войск на этом участке фронта остановилось несколько месяцев назад, ВСУ сумели вернуть контроль над Степногорском — поселком, который находится чуть севернее Каменского и Степового, а также освободить некоторые территории на границе Днепропетровской и Запорожской областей.
Но штабные документы, касающиеся действий 58‑й и 5‑й армий, входящих в группировку «Днепр» и действующих на этом направлении, дают ответ на вопрос, откуда Владимир Путин черпает уверенность в том, что российская армия «ежедневно уверенно продвигается вперед на всех оперативных направлениях».
![]()
Это участок фронта в Запорожской области — по данным американского Института изучения войны на 13 июня 2026 года. На нем обозначены те самые населенные пункты Каменское и Степовое, которые в прошлом году, по словам лейтенанта Чувашова, беседовавшего с Путиным, штурмовал его батальон. Участок почти до деталей совпадает с картой украинского проекта Deepstate, который часто (с определенной задержкой) отражает изменения на линии боевого соприкосновения.
Но, по данным штабных карт и сопроводительных документов 58‑й армии, российские войска якобы давно покинули эту территорию, еще 9 апреля продвинувшись вглубь украинской территории на 16‑20 км на север.
![]()
Официальные заявления российской стороны совпадают со штабными картами, по которым непосредственно армия ведет боевые действия — и все это очень сильно расходится с действительностью.
Так, по данным российских генералов, под уверенным контролем их войск находятся населенные пункты Речное — его «взяли» 30 января, Приморское — с его взятием Андрей Белоусов поздравлял военнослужащих 108‑го полка 15 февраля 2026 года, в тот же день были «взяты» Запасное и Магдалиновка. С взятием Веселянки Белоусов поздравлял военнослужащих 247‑го полка 4 марта. Ну, а с взятием Малой Токмачки, небольшого села в Запорожской области, которое уже превратилось в культурный феномен, министр обороны России Андрей Белоусов поздравил 42‑ю мотострелковую дивизию еще 17 ноября 2025 года. При этом, по данным независимых военных исследователей и спутниковых снимков, со всей очевидностью можно сказать, что в июне 2026 года российскими войсками это село так и не захвачено.
Последнее заявление российского Минобороны о захвате населенного пункта в Запорожской области датировано 4 июня, когда ведомство объявило о якобы состоявшемся захвате села Гуляйпольское (в сообщении оно названо старым советским названием «Комсомольское»). На штабной карте от 9 апреля фронт обозначен как проходящий по границе этого села, которое находится к северу от так и не взятой Малой Токмачки. То есть и этот участок российской штабной карты уже «закрашен».
Подобное произошло и в случае Запорожской области: карты американского Института изучения войны и украинского проекта Deepstate показывают, что все эти населенные пункты, находящиеся к северу от покинутого российскими войсками Степногорска, находятся в глубоком тылу ВСУ. Российские войска к ним пока не приблизились.
Разница между тем, что министерство обороны «взяло» в своих отчетах и «закрасило» на штабных картах как контролируемые Россией территории, и реальной линией фронта в разных местах может составлять от 10 до 20 километров.
![]()
«Закрасами» в российском генералитете занимается далеко не только руководство группировки «Днепр». Так, например, z-военкор Владимир Романов 14 июня писал о том, что точно такое же несоответствие между реальной линией фронта и линиями на штабных картах недавно было выявлено на Константиновском участке фронта.
«Доклады, бегущие вперед, и «закрасы» вряд ли идут на пользу наступающим российским войскам, — предупреждал 8 июня и автор крупного провоенного канала «Рыбарь» Михаил Звинчук. — «Кредитные» рубежи на других направлениях не раз и не два становились причиной неправильной оценки ситуации и в итоге источником проблем».
Самый известный «закрас» в истории российского вторжения в Украину совершил командующий группировкой «Запад» генерал Сергей Кузовлев. В конце 2025 года он доложил Владимиру Путину о том, что военнослужащие его группировки завершили штурм Купянска и взяли его полностью под свой контроль, за что генерал получил звание Героя России. В реальности Купянск, наоборот, был зачищен военнослужащими ВСУ от российских военнослужащих, и все карты объективного контроля ситуации на линии фронта говорят о том, что руины этого города сейчас находятся под контролем ВСУ.
Из Степногорска российские войска к тому моменту отступили.
![]()
Еще осенью 2022 года, после тяжелого поражения российской армии к востоку от Харькова, британский историк и военный эксперт Крис Оуэн отмечал, что офицеры российской армии часто лгут своему начальству о реальном положении дел и статусе своего подразделения.
Ежедневные доклады официального представителя Минобороны России генерала Конашенкова буквально расходились на мемы уже в 2022 году. Например, 26 июня 2022 года Конашенков отчитался об уничтожении украинской военной техники, которая превышала ее количество на начало войны — даже с учетом возможных поставок.
Конашенков больше не появляется на телеэкранах, но представление высшего российского руководства о том, как складывается ситуация на линии фронта, принципиально не изменилось.
Изучение штабных документов 58‑й и 5‑й армий показывает, что военная бюрократия не только никуда не делась, а стала еще более требовательной в части рапортов о достижениях. Российские военнослужащие должны отчитываться за каждый выпущенный снаряд — обосновать необходимость выстрела и доложить о его результатах. Можно предположить, что никому не хочется честно писать в отчете — «промахнулись» или «не знаем, куда попали». В большинстве соответствующих граф стоит отметка: цель подавили/поразили/уничтожили. Такие отчеты суммируются по всем фронтам, а итоговый доклад ложится на стол высокому начальству.
При этом доклады по использованию БПЛА выглядят куда скромнее: отметка «цель поразили» ставится редко, чаще — «БПЛА сбит/подавлен РЭБ противника/потеряна связь» и т.д. Вероятно, в случае с беспилотниками российское военное начальство одним словом не верит — требуется визуальное подтверждение успешной атаки.
«Флаговтык» (на военном сленге так называется геолоцированная фото– или видеозапись проникновения в тыл противника) — это как раз один из способов визуального подтверждения успеха. Несмотря на то, что такой успех может быть спорным или временным, кадры с демонстрацией флага служат документальной фиксацией продвижения штурмовых групп и используются в качестве отчетов, на основании которых перерисовываются карты.
«Попытки приукрасить реальную обстановку с помощью «флаговтыков» выглядят как минимум нелепо. Ущерба от подобных «антикризисов» было бы меньше, если бы они оставались исключительно в сети, — пишет z-блогер Анатолий Радов. — На практике же они часто стоят жизней бойцов, отправленных в один конец для съемки видео и сокрытия лживых докладов».
«Закрасы» карт ради отчетов дают искаженную картину ситуации на поле боя. Допустим (об этом пишут многие российские военнослужащие), в штабах воюющих подразделений есть разные карты — для отчетов и с реальной линией боевого соприкосновения. Но одним этим проблема не решается.
Есть и другие неприятные для российской армии последствия:
нарушается координация действий. Например, командование авиацией имеет веские причины для отказа от нанесения ударов по «своей» территории, то есть обозначенной на картах как уже находящаяся под российским контролем. А сухопутные подразделения, только что переброшенные на горячий участок и еще не знакомые с реальным расположением сил на поле боя, рискуют неожиданно нарваться на противника;
заявления о взятых «в кредит» населенных пунктах дают ВСУ информацию о направлениях, на которых российские войска будут сосредотачивать усилия, что облегчает огневое противодействие, дает возможность устраивать засады на маршрутах проникновения;
в российской армии сгущается атмосфера всеобщего недоверия. Как пишет известный провоенный канал «Два майора», из-за незнания высоким начальством реальной обстановки «отдельные люди пытаются бороться не с противником, а со своими же информационными ресурсами». В свою очередь, у информированных военнослужащих и z-блогеров нарастает сомнение в адекватности высокого начальства.
Похоже, российскую военную бюрократию нынешнее положение дел устраивает. Во всяком случае, за бессмысленные «флаговтыки» и ложные «закрасы» в российской армии наказывают редко (если вообще наказывают). А вот поощрения за рапорты об очередном «взятии» очередного населенного пункта происходят регулярно.
Владимир Путин не впервые преувеличивает достижения российской армии по захвату украинских территорий. Фото: Aleksandr Kazakov / TASS
Заявления Владимира Путина о российском продвижении расходятся с данными независимых наблюдателей: в Константиновке продолжаются бои, Лиман остается под контролем ВСУ, линия фронта на Сумском направлении не меняется с апреля, никаких окружений в районе реки Оскол нет.
Владимир Путин не впервые преувеличивает достижения российской армии по захвату украинских территорий: теперь он фактически признал, что российские войска не контролируют Купянск, хотя в конце прошлого года дважды заявлял о взятии этого города.
12 июня российский лидер утверждал, что российские войска «подбираются к Запорожью».
Но документы 58‑й армии и данные независимых исследователей свидетельствуют: карты российского Генштаба на этом направлении могут расходиться с реальностью на десятки километров с потенциально смертельными последствиями для российских военнослужащих, действующих в этом районе.
Русская служба Би-би-си изучила штабные документы и выяснила, как воюет армия, если ее представление о фронте не совпадает с действительностью.
В День России, 12 июня, после награждения званиями Героев труда и вручения госпремий президент России Владимир Путин встретился со штурмовиками российской армии. С одним из них у президента состоялся разговор:
«С этим шевроном нашего батальона мы в прошлом году взяли населенные пункты Каменское и Степовое Запорожской области и считаем, что это наш небольшой подарок вам», — заявил командир десантно-штурмового взвода 247‑го десантно-штурмового полка лейтенант Сергей Чувашов, поднося шеврон президенту в качестве подарка.
— Это группировка «Днепр», так? — уточнил Путин.
— Точно так!
— Постепенно подбираетесь к Запорожью?
— Точно так!
— Успехов вам.
Это высказывание вызвало удивление у всех — от независимых военных специалистов до авторов z-каналов, поскольку к Запорожью российская армия не «подбирается» даже близко. До этого областного центра, который Владимир Путин на бумаге включил в состав России еще в октябре 2022 года (после чего упоминание Запорожской области появилось даже в российской Конституции), на пятый год вторжения российская армия дойти так и не смогла.
Скорее, наоборот, наступление российских войск на этом участке фронта остановилось несколько месяцев назад, ВСУ сумели вернуть контроль над Степногорском — поселком, который находится чуть севернее Каменского и Степового, а также освободить некоторые территории на границе Днепропетровской и Запорожской областей.
Но штабные документы, касающиеся действий 58‑й и 5‑й армий, входящих в группировку «Днепр» и действующих на этом направлении, дают ответ на вопрос, откуда Владимир Путин черпает уверенность в том, что российская армия «ежедневно уверенно продвигается вперед на всех оперативных направлениях».
«Штурмы» в кредит
Это участок фронта в Запорожской области — по данным американского Института изучения войны на 13 июня 2026 года. На нем обозначены те самые населенные пункты Каменское и Степовое, которые в прошлом году, по словам лейтенанта Чувашова, беседовавшего с Путиным, штурмовал его батальон. Участок почти до деталей совпадает с картой украинского проекта Deepstate, который часто (с определенной задержкой) отражает изменения на линии боевого соприкосновения.
Но, по данным штабных карт и сопроводительных документов 58‑й армии, российские войска якобы давно покинули эту территорию, еще 9 апреля продвинувшись вглубь украинской территории на 16‑20 км на север.
Официальные заявления российской стороны совпадают со штабными картами, по которым непосредственно армия ведет боевые действия — и все это очень сильно расходится с действительностью.
Так, по данным российских генералов, под уверенным контролем их войск находятся населенные пункты Речное — его «взяли» 30 января, Приморское — с его взятием Андрей Белоусов поздравлял военнослужащих 108‑го полка 15 февраля 2026 года, в тот же день были «взяты» Запасное и Магдалиновка. С взятием Веселянки Белоусов поздравлял военнослужащих 247‑го полка 4 марта. Ну, а с взятием Малой Токмачки, небольшого села в Запорожской области, которое уже превратилось в культурный феномен, министр обороны России Андрей Белоусов поздравил 42‑ю мотострелковую дивизию еще 17 ноября 2025 года. При этом, по данным независимых военных исследователей и спутниковых снимков, со всей очевидностью можно сказать, что в июне 2026 года российскими войсками это село так и не захвачено.
Последнее заявление российского Минобороны о захвате населенного пункта в Запорожской области датировано 4 июня, когда ведомство объявило о якобы состоявшемся захвате села Гуляйпольское (в сообщении оно названо старым советским названием «Комсомольское»). На штабной карте от 9 апреля фронт обозначен как проходящий по границе этого села, которое находится к северу от так и не взятой Малой Токмачки. То есть и этот участок российской штабной карты уже «закрашен».
«Закрасы» — сленговое обозначение нанесения на военные карты территорий как занятых или освобожденных до появления надежных подтверждений контроля над ними. Российских генералов даже провоенные блогеры часто обвиняют в излишней приверженности этому методу.
Подобное произошло и в случае Запорожской области: карты американского Института изучения войны и украинского проекта Deepstate показывают, что все эти населенные пункты, находящиеся к северу от покинутого российскими войсками Степногорска, находятся в глубоком тылу ВСУ. Российские войска к ним пока не приблизились.
Разница между тем, что министерство обороны «взяло» в своих отчетах и «закрасило» на штабных картах как контролируемые Россией территории, и реальной линией фронта в разных местах может составлять от 10 до 20 километров.
К Запорожью, которое Владимир Путин на бумаге включил в состав России еще в октябре 2022 года, на пятый год вторжения российская армия дойти так и не смогла (на снимке — российская реактивная система залпового огня «Ураган» в Запорожской области). Фото: Alexey Konovalov / TASS
«Закрасы и авансы»
«Закрасами» в российском генералитете занимается далеко не только руководство группировки «Днепр». Так, например, z-военкор Владимир Романов 14 июня писал о том, что точно такое же несоответствие между реальной линией фронта и линиями на штабных картах недавно было выявлено на Константиновском участке фронта.
«Проверяющие реально пошли до ЛБС (Бойцы с участка выражают свое уважение тем двум полковникам), — написал он. — Результатом стало выявление несоответствия реальной и заявленной ЛБС (ЛБС — линия боевого соприкосновения — Би-би-си) — на глубину до 17 километров. Знаете, что сделало местное командование в результате такого разбора? Отправило 40 человек (включая операторов БПЛА) на штурм «закрашенного» участка. Все 40 человек закончились за 2 часа».
«Доклады, бегущие вперед, и «закрасы» вряд ли идут на пользу наступающим российским войскам, — предупреждал 8 июня и автор крупного провоенного канала «Рыбарь» Михаил Звинчук. — «Кредитные» рубежи на других направлениях не раз и не два становились причиной неправильной оценки ситуации и в итоге источником проблем».
Самый известный «закрас» в истории российского вторжения в Украину совершил командующий группировкой «Запад» генерал Сергей Кузовлев. В конце 2025 года он доложил Владимиру Путину о том, что военнослужащие его группировки завершили штурм Купянска и взяли его полностью под свой контроль, за что генерал получил звание Героя России. В реальности Купянск, наоборот, был зачищен военнослужащими ВСУ от российских военнослужащих, и все карты объективного контроля ситуации на линии фронта говорят о том, что руины этого города сейчас находятся под контролем ВСУ.
«У нас Запорожская область — там километрами каждый день продвижение. Километр двести, километр триста, 800 м. По фронту столько же в глубину», — говорил о ситуации в той же Запорожской области Владимир Путин 4 июня, находясь в Санкт-Петербурге на международном экономическом форуме. А все тот же z-военкор Романов комментировал эти его слова так: «Запорожская область вырывает пальму первенства у гр. Запад по закрасам и авансам! Про Степногорск Президенту МО, видимо, предпочло умолчать».
Из Степногорска российские войска к тому моменту отступили.
Населенные пункты, которые захватывает российская армия, в итоге чаще всего лежат в руинах. Фото: TASS
Бесконечное наступление
Еще осенью 2022 года, после тяжелого поражения российской армии к востоку от Харькова, британский историк и военный эксперт Крис Оуэн отмечал, что офицеры российской армии часто лгут своему начальству о реальном положении дел и статусе своего подразделения.
«Последствия этой лжи, вероятно, были очень тяжелыми для российских военнослужащих. Командные решения — где и когда атаковать и обороняться — принимались очевидно на основе лживой информации. Это привело к многочисленным ненужным жертвам и военным неудачам», — писал Оуэн, приводя много подтверждений сказанному.
Ежедневные доклады официального представителя Минобороны России генерала Конашенкова буквально расходились на мемы уже в 2022 году. Например, 26 июня 2022 года Конашенков отчитался об уничтожении украинской военной техники, которая превышала ее количество на начало войны — даже с учетом возможных поставок.
Конашенков больше не появляется на телеэкранах, но представление высшего российского руководства о том, как складывается ситуация на линии фронта, принципиально не изменилось.
Изучение штабных документов 58‑й и 5‑й армий показывает, что военная бюрократия не только никуда не делась, а стала еще более требовательной в части рапортов о достижениях. Российские военнослужащие должны отчитываться за каждый выпущенный снаряд — обосновать необходимость выстрела и доложить о его результатах. Можно предположить, что никому не хочется честно писать в отчете — «промахнулись» или «не знаем, куда попали». В большинстве соответствующих граф стоит отметка: цель подавили/поразили/уничтожили. Такие отчеты суммируются по всем фронтам, а итоговый доклад ложится на стол высокому начальству.
При этом доклады по использованию БПЛА выглядят куда скромнее: отметка «цель поразили» ставится редко, чаще — «БПЛА сбит/подавлен РЭБ противника/потеряна связь» и т.д. Вероятно, в случае с беспилотниками российское военное начальство одним словом не верит — требуется визуальное подтверждение успешной атаки.
«Флаговтык» (на военном сленге так называется геолоцированная фото– или видеозапись проникновения в тыл противника) — это как раз один из способов визуального подтверждения успеха. Несмотря на то, что такой успех может быть спорным или временным, кадры с демонстрацией флага служат документальной фиксацией продвижения штурмовых групп и используются в качестве отчетов, на основании которых перерисовываются карты.
«Попытки приукрасить реальную обстановку с помощью «флаговтыков» выглядят как минимум нелепо. Ущерба от подобных «антикризисов» было бы меньше, если бы они оставались исключительно в сети, — пишет z-блогер Анатолий Радов. — На практике же они часто стоят жизней бойцов, отправленных в один конец для съемки видео и сокрытия лживых докладов».
«Закрасы» карт ради отчетов дают искаженную картину ситуации на поле боя. Допустим (об этом пишут многие российские военнослужащие), в штабах воюющих подразделений есть разные карты — для отчетов и с реальной линией боевого соприкосновения. Но одним этим проблема не решается.
Есть и другие неприятные для российской армии последствия:
нарушается координация действий. Например, командование авиацией имеет веские причины для отказа от нанесения ударов по «своей» территории, то есть обозначенной на картах как уже находящаяся под российским контролем. А сухопутные подразделения, только что переброшенные на горячий участок и еще не знакомые с реальным расположением сил на поле боя, рискуют неожиданно нарваться на противника;
заявления о взятых «в кредит» населенных пунктах дают ВСУ информацию о направлениях, на которых российские войска будут сосредотачивать усилия, что облегчает огневое противодействие, дает возможность устраивать засады на маршрутах проникновения;
в российской армии сгущается атмосфера всеобщего недоверия. Как пишет известный провоенный канал «Два майора», из-за незнания высоким начальством реальной обстановки «отдельные люди пытаются бороться не с противником, а со своими же информационными ресурсами». В свою очередь, у информированных военнослужащих и z-блогеров нарастает сомнение в адекватности высокого начальства.
Похоже, российскую военную бюрократию нынешнее положение дел устраивает. Во всяком случае, за бессмысленные «флаговтыки» и ложные «закрасы» в российской армии наказывают редко (если вообще наказывают). А вот поощрения за рапорты об очередном «взятии» очередного населенного пункта происходят регулярно.
«Особенно тупо выглядит, как мы бесконечно «наступаем», а карта двигается то в одну, то в другую сторону. А самое печальное, что у этих гениев некоторые источники сидят на верхах. И карты в ГШ и Минобороны зарисовываются по тому же принципу» — сетуют в очередном Z-канале.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
