«Моя жена – врач. У меня тот редкий случай, когда я могу поцеловать любимую женщину и не бояться»
Чем живут медики, которые спасают белорусов от коронавируса. С некоторыми из них поговорила «Радио Свобода» (перевод UDF.BY).
![]()
Сергей, фельдшер скорой помощи:
«Моя жизнь никак не изменилась. Как работал, так и работаю. Самоизоляция у меня всю жизнь такая. Дом, работа, максимум — магазин, в лучшем случае на дачу съездить, побеседовать с помидорами — с ними более приятно. Ребёнок в школу перестал ходить, дочь дистанционно работает.
Самоизолироваться от детей? Куда? Родители мои — пенсионеры. Мне смысла нет. У меня жена врач, контактирует, и я контактирую. У меня тот редкий случай, когда я могу спокойно поцеловать любимую женщину и не бояться.
Коронавирус стал проблемой в ХХІ веке. Лет 50 тому назад на это ещё никто бы не обратил внимания. Потому что тогда был немножко другой уровень жизни. Мы расслабились, эта болезнь современного общества. В Африке на коронавирус никто не обращает внимания, потому что там другая проблема — как поесть сегодня. А заболел и умер — это обычная вещь.
Почитайте на Facebook журналиста Аркадия Бабченко. Он писал об эволюции, что коронавирус выявил слабые места в семейных взаимоотношениях. Выявил, кто действительно нужен в сложной ситуации, а кто не совсем. Критическая ситуация всегда выявляет или слабые, или сильные стороны.
Медика в современной Беларуси, не теперь, били ногами 26 лет. Ты был во всём виноват, когда ты не виноват ни в чём. Нас общество втаптывало в грязь — те люди, которых мы спасали. Ты приезжал на ДТП, спасал его, привозил живым в больницу, ему там делали операцию, а он потом писал жалобу, что на нём костюм разрезали. Это было, и от этого никуда не деться. Маятник качнулся в обратную сторону.
Война так война. A la guerre comme a la guerre.
Больницу скорой медицинской помощи «выкосило» всю. Я вам так скажу, должно быть, 40% от всех „плюсов“ (пациентов с подтверждённым коронавирусом), которых я возил, — это мои коллеги. Родина у нас позаботилась о том, чтобы медиков выкосить».
Сергей, фельдшер скорой помощи:
«Моя жизнь никак не изменилась. Как работал, так и работаю. Самоизоляция у меня всю жизнь такая. Дом, работа, максимум — магазин, в лучшем случае на дачу съездить, побеседовать с помидорами — с ними более приятно. Ребёнок в школу перестал ходить, дочь дистанционно работает.
Самоизолироваться от детей? Куда? Родители мои — пенсионеры. Мне смысла нет. У меня жена врач, контактирует, и я контактирую. У меня тот редкий случай, когда я могу спокойно поцеловать любимую женщину и не бояться.
Коронавирус стал проблемой в ХХІ веке. Лет 50 тому назад на это ещё никто бы не обратил внимания. Потому что тогда был немножко другой уровень жизни. Мы расслабились, эта болезнь современного общества. В Африке на коронавирус никто не обращает внимания, потому что там другая проблема — как поесть сегодня. А заболел и умер — это обычная вещь.
«Моя жена – врач. У меня тот редкий случай, когда я могу спокойно поцеловать любимую женщину и не бояться».
Почитайте на Facebook журналиста Аркадия Бабченко. Он писал об эволюции, что коронавирус выявил слабые места в семейных взаимоотношениях. Выявил, кто действительно нужен в сложной ситуации, а кто не совсем. Критическая ситуация всегда выявляет или слабые, или сильные стороны.
Медика в современной Беларуси, не теперь, били ногами 26 лет. Ты был во всём виноват, когда ты не виноват ни в чём. Нас общество втаптывало в грязь — те люди, которых мы спасали. Ты приезжал на ДТП, спасал его, привозил живым в больницу, ему там делали операцию, а он потом писал жалобу, что на нём костюм разрезали. Это было, и от этого никуда не деться. Маятник качнулся в обратную сторону.
Война так война. A la guerre comme a la guerre.
Больницу скорой медицинской помощи «выкосило» всю. Я вам так скажу, должно быть, 40% от всех „плюсов“ (пациентов с подтверждённым коронавирусом), которых я возил, — это мои коллеги. Родина у нас позаботилась о том, чтобы медиков выкосить».
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
