Что дешевая нефть принесет Беларуси?
Американо-иранская война приблизилась к завершению, и цены на нефть почти достигли довоенного уровня. Журналисты НН спросили у эксперта, что это будет означать для Беларуси.
![]()
Перед началом конфликта США и Ирана нефть марки Urals продавалась по $56‑58 за баррель. Сейчас ее стоимость приблизилась к $59. Это при том, что в течение нескольких месяцев ее стоимость нередко превышала $100, а в пиковые моменты достигала почти $120 за баррель.
Высокие цены вместе с заморозкой санкций в отношении российской нефти давали России возможность получать дополнительную прибыль от экспорта.
Завершение этого благоприятного для российской экономики периода вместе с регулярными атаками на НПЗ могут негативно повлиять на экономику и курс рубля. А поскольку белорусская экономика плотно связана с российской, то все негативные последствия будут отражаться и на нашей экономике.
Эксперт BEROC Анастасия Лузгина отмечает, что проседание курса российского рубля во второй половине года было прогнозируемым.
![]()
Кроме того, в связи с нормализацией ситуации на Ближнем Востоке США, скорее всего, не станут продлевать заморозку санкций на российскую нефть.
![]()
При этом экономист отмечает, что это будет не мгновенный, а растянутый по времени процесс, поскольку контракты заключаются заранее и выручка по новым, все еще высоким ценам также начинает поступать с определенной задержкой.
Для России снижение курса рубля может рассматриваться и как положительный эффект, так как сейчас рубль слишком дорогой, что также не очень хорошо для их экономики.
Однако снижение уровня нефтегазовых доходов в России — это не только про изменения на валютном рынке.
![]()
И поскольку экономика Беларуси плотно связана с российской, то все негативные тенденции, которые там происходят, будут находить отражение в экономике Беларуси.
При этом важно понимать, что те доходы, которые Беларусь получает за счет увеличения поставок топлива в Россию, — в целом небольшой плюс для экономики.
Лузгина говорит и о менее очевидных, но также довольно основательных факторах, которые могут негативно отражаться на белорусском экспорте.
Нефтяной терминал «Шесхарис» в Новороссийске, 2015 год. Фото: Sergei Guneyev, Sputnik, Kremlin Pool Photo via AP, File
Возвращение на довоенный уровень
Перед началом конфликта США и Ирана нефть марки Urals продавалась по $56‑58 за баррель. Сейчас ее стоимость приблизилась к $59. Это при том, что в течение нескольких месяцев ее стоимость нередко превышала $100, а в пиковые моменты достигала почти $120 за баррель.
Высокие цены вместе с заморозкой санкций в отношении российской нефти давали России возможность получать дополнительную прибыль от экспорта.
Завершение этого благоприятного для российской экономики периода вместе с регулярными атаками на НПЗ могут негативно повлиять на экономику и курс рубля. А поскольку белорусская экономика плотно связана с российской, то все негативные последствия будут отражаться и на нашей экономике.
Эксперт BEROC Анастасия Лузгина отмечает, что проседание курса российского рубля во второй половине года было прогнозируемым.
«Это было в том числе связано с тем, что аномально высокие цены на нефть со временем должны были снизиться, поскольку страны ОПЕК нарастили объемы поставки нефти, а также по причине того, что и иранская нефть станет поступать на рынок. Также это связано с проблемами на российских НПЗ, когда в результате разрушений могут сокращаться объемы поставок нефтепродуктов», — объясняет экономист.
Иллюстративный снимок. Фото: «Наша Ніва»
Санкции на нефть вернутся?
Кроме того, в связи с нормализацией ситуации на Ближнем Востоке США, скорее всего, не станут продлевать заморозку санкций на российскую нефть.
«Поэтому это может увеличить дисконт, с которым Россия будет вынуждена продавать свою уже снова подсанкционную нефть. Для России это будет означать тренд на снижение российского рубля к иностранным валютам, соответственно, аналогичные тенденции произойдут, скорее всего, и с рублем белорусским», — считает эксперт.
Иллюстративный снимок. Фото: «Наша Ніва»
При этом экономист отмечает, что это будет не мгновенный, а растянутый по времени процесс, поскольку контракты заключаются заранее и выручка по новым, все еще высоким ценам также начинает поступать с определенной задержкой.
«Поэтому в полной мере эффект от дешевой нефти российская экономика начнет ощущать ближе к августу — началу сентября», — обращает внимание Лузгина.
Будут ли удерживать курс?
Для России снижение курса рубля может рассматриваться и как положительный эффект, так как сейчас рубль слишком дорогой, что также не очень хорошо для их экономики.
«Если в России будет происходить объективное снижение курса, то экономические власти не будут ничего делать для удержания курса на нынешнем уровне. Но на белорусский валютный рынок это будет действовать аналогичным образом, что будет приводить к удешевлению белорусского рубля к тому же доллару. При этом к российскому рублю, наоборот, может произойти укрепление», — объясняет экономист.
Однако снижение уровня нефтегазовых доходов в России — это не только про изменения на валютном рынке.
«Для экономики, которая и так находится не в лучшем состоянии, все это, конечно, будет иметь негативные последствия. В РФ уже пересмотрели прогнозы экономического роста в сторону уменьшения, снизив прогнозный показатель до 0,4%. Замедление экономического роста означает, что и спрос на белорусские товары также не будет расти».
Иллюстративный снимок. Фото: «Наша Ніва»
И поскольку экономика Беларуси плотно связана с российской, то все негативные тенденции, которые там происходят, будут находить отражение в экономике Беларуси.
Белорусские НПЗ не спасут ситуацию
При этом важно понимать, что те доходы, которые Беларусь получает за счет увеличения поставок топлива в Россию, — в целом небольшой плюс для экономики.
«За пять месяцев было поставлено 270 тысяч тонн бензина на российский рынок. Это многократное увеличение поставок по сравнению с прошлым годом. Однако если даже предположить, что только за июнь поставят 60 тысяч тонн — это все равно менее 2% ежемесячных потребностей рынка России. Скорее всего, Россия могла бы покупать больше, но белорусские НПЗ физически не могут сильно увеличить производство бензина», — констатирует эксперт.
Лузгина говорит и о менее очевидных, но также довольно основательных факторах, которые могут негативно отражаться на белорусском экспорте.
«Атаки беспилотников на российскую инфраструктуру потенциально ограничивают объемы экспорта белорусских товаров, которые идут транзитом через Россию в другие страны. Поэтому наращивание поставок топлива в РФ может не компенсировать возникшие дополнительные расходы из-за ухудшения логистических путей».
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
