«Дорожная карта» в бездну: как Кремль поглощает Беларусь

Россия планомерно реализует проект максимального поглощения Беларуси, и после 2020 года этот процесс пошел особенно стремительными темпами. Официально он называется интеграцией и фиксируется в десятках согласованных «дорожных карт» Союзного государства. Однако истинные намерения Москвы более радикальны. Об этом свидетельствуют внутренние документы– сливы Кремля (известные еще с 2020 года), где пошагово прописана ликвидация суверенитета. Окончательным дедлайном для этих планов все чаще называется 2030 год. Так что там с планами Кремля на самом деле? Как выглядит дорожная карта поглощения Беларуси?

Секретные планы: от марионеточных партий до единой валюты

2030 год как дедлайн полного поглощения стал активно фигурировать вскоре после августа 2020-го, когда на улицах Беларуси еще продолжались протесты. Кремль понял, что ситуация нестабильная, и начал действовать.

Яркий пример того, как Россия строила планы по активному входу в беларусскую политику – слитые документы Управления президента РФ по межрегиональным связям под руководством генерала СВР Владимира Чернова (один из них датируется сентябрем 2020 года).

В документе Чернова прописывалось создание инфраструктуры влияния на любой сценарий развития событий в Беларуси (напомним, на тот момент в стране еще продолжались протесты).

Один из них – создание карманных политических сил. На то время Кремль планировал создать партию с рабочим названием «Право народа», которая бы критиковала Лукашенко, но выступала за глубокую интеграцию с РФ. Целью ставилось направление протеста в русло конституционных реформ и проведение перехода к парламентско-президентской республике.



Несмотря на то что партия так и не была официально создана, конституционная реформа в стране успешно прошла – в феврале 2022 года. В Основном законе не было зафиксировано расширения влияния политических партий, более того, через некоторое время Лукашенко, явно понимая планы Кремля, полностью зачистил партийное поле, оставив лишь четыре провластные партии. Но в то же время новая Конституция фиксировала некоторые пункты, которыми позже воспользовалась Москва: например, отмена безъядерного статуса, чтобы сейчас угрожать европейским странам ядерным оружием с территории Беларуси.



Вторым пунктом сценария в документах прописывалась необходимость создания собственной информационной инфраструктуры: сети СМИ, Telegram- и YouTube-каналов для сохранения влияния при любом развитии событий. Предусматривалось создание своих общественных организаций и сети местных лидеров мнений.

Надо сказать, что после выборов 2020-го этот процесс пошел стремительными темпами: еще в августе того года Александр Лукашенко пригласил российских пропагандистов на места беларусских журналистов, которые вышли на протест против насилия. С того момента срастание беларусской пропаганды с российской становилось только сильнее: пропагандисты вроде Григория Азаренка, Вадима Гигина или Александра Шпаковского продвигали нарративы, которые мало чем отличаются от российских.

Что касается агентов влияния, то беларусское общество очень быстро познакомилось с деятельностью таких одиозных персонажей, как Ольга Бондарева, Эльвира Мирсалимова и других, которые в течение нескольких лет истребляли все, что было связано с беларусской идентичностью, продвигая российскую повестку.

Стратегия поглощения: Кремль и «беларусский вопрос» к 2030 году

Еще один документ, подготовленный в администрации президента РФ уже в 2021 году, определял главной целью создание полноценного Союзного государства до 2030 года через поэтапный контроль над политикой, обороной и гуманитарной сферой Беларуси.

На то время план предусматривал формирование пророссийских групп в политической элите, завершение конституционной реформы на условиях Москвы и ограничение влияния национально ориентированных сил. В военной сфере приоритетами назывались бессрочное присутствие российских войск, регулярные совместные учения и создание единой системы управления вооруженными силами.

Основной угрозой, как упоминалось в документе, Кремль считает любое сближение Минска с НАТО или дестабилизацию режима под давлением Запада. Не удивительно, что в феврале 2026-го российская Служба внешней разведки начала пугать Минск тем, что ряд западных организаций США, Великобритании, Германии, Польши и других стран собирают ресурсы на «цветную революцию» в 2030 году, чтобы ослабить сотрудничество Минска и Москвы в рамках Союзного государства.

Важным фактором кремлевские технологи называли экономическую интеграцию, которая должна была строиться вокруг «четырех свобод» (движения товаров, услуг, капитала и труда) с введением единой валюты и общего рынка ценных бумаг до 2030 года. Стратегия включала полную унификацию налогового и таможенного законодательства, а также объединение энергетических и транспортных систем.

Москва ставила задачу переориентировать весь беларусский экспорт из портов Балтии и Польши на российскую инфраструктуру и обеспечить встраивание БелАЭС в общую энергосистему. Рисками для этого плана назывались возможное увеличение торговли Беларуси с ЕС и США, а также дискриминация российских производителей на беларусском рынке.

Гуманитарный трек

Гуманитарная экспансия согласно документу предусматривала продвижение русского языка через создание специальных кабинетов и унификацию образовательных стандартов путем введения Единого государственного экзамена и масштабное открытие филиалов российских вузов. План включал упрощенную паспортизацию беларусов, расширение присутствия российских СМИ в медиапространстве и формирование лояльного научно-экспертного сообщества.

Кремль рассматривал любые шаги по беларусизации или перевод образования на национальный язык как критическую угрозу, которую необходимо нейтрализовать при помощи увеличения количества российских культурных и образовательных проектов на территории Беларуси. «Русские дома», которые появляются в разных областях страны (сегодня их насчитывается пять: в Минске, Гродно, Гомеле и Бресте), свидетельствует о том, что процессы культурной экспансии идут ускоренными темпами.

Как можно наблюдать, по состоянию на 2026 год Москва успешно выполнила большинство пунктов этого плана, особенно в военно-политическом блоке. После 2022 года российское военное присутствие стало постоянным, более того – территория Беларуси была использована для нападения на соседнюю Украину. Была завершена унификация таможенного законодательства, а логистика беларусского экспорта почти полностью закрыта на Россию. В гуманитарной сфере наблюдается планомерная зачистка национального образования и культурных инициатив, что совпадает с кремлевской установкой на борьбу с «деструктивным влиянием» Запада и беларусизацией.

Однако полная сдача суверенитета еще не завершена в финансовом секторе: вопрос единой валюты и эмиссионного центра остается замороженным из-за нежелания официального Минска терять последние рычаги экономического контроля. Также остается открытым вопрос единой правовой системы – хотя законодательство интенсивно синхронизируется, все же формально Беларусь сохраняет статус независимого субъекта международного права.

Правда, до 2030 года, обозначенного как граничный, еще есть время, тем более видно, что на последнем заседании Высшего Государственного совета Союзного государства, которое состоялось в феврале, по словам Лукашенко, «был задан вектор новому этапу развития интеграции по всем направлениям». Лукашенко поручил подготовить основные направления договора о создании Союзного государства на следующий трехлетний цикл (2027–2029 годы) – поэтому, как видно, процесс идет.

Что с «дорожными картами»?

На фоне секретных документов официальная интеграция преподносится в первую очередь как экономическое сотрудничество.

В то же время политолог, доцент, кандидат исторических наук Роза Турарбекова фиксирует радикальное ускорение и сокрытие процессов сближения Беларуси и РФ в 2024–2026 годах. Она отмечает переход от экономических «дорожных карт» к военно-политическому поглощению и внедрению общих идеологических нарративов, что фактически лишает страну суверенитета.

Характерной чертой нового этапа интеграции стала абсолютная непрозрачность: программы больше не публикуются, а в тексты соглашений вносятся правки уже после подписания. Особую угрозу представляют «пакетные» сделки типа «нефть в обмен на налоги», которые позволяют российским субъектам монополизировать беларусский энергетический рынок и финансово-банковскую сферу.

Турарбекова отмечает, что наиболее интенсивно процессы идут там, где есть интерес российского ВПК – в микроэлектронике, авиастроении и ядерных исследованиях. При этом социально-трудовые проблемы общества Союзное государство почти не решает (стоит упомянуть вопрос общего роуминга в рамках союза, который решается очень медленно).

Роза Турарбекова предупреждает о критической угрозе для беларусской самоидентификации из-за масштабного поглощения гуманитарной сферы Россией. Если первый этап интеграции (2021–2023) касался преимущественно экономики, то на втором (2024–2026) Москва перешла к унификации правового, научного и культурного пространств, а также к совместной идеологической и исторической политике. Эксперт полагает, что эта экспансия в сознание общества является подготовкой к третьему этапу (2027–2029), который, вероятно, будет направлен на окончательную политическую интеграцию двух стран. Как видно, финальной точкой как раз может стать 2030 год.

Финальное решение за Путиным

По мнению научного работника Финского института международных отношений Григория Нижникова, ориентацию на 2030 год не стоит воспринимать как финальный план. По его словам, внутренние документы с конкретными датами часто являются продуктом конкуренции российских ведомств, в то время как реальное решение все равно будет приниматься Путиным спонтанно, исходя из итогов войны.



При этом Нижников обращает внимание, что реальное поглощение Беларуси идет быстрее, чем прописано в планах.



Эксперт подчеркивает, что в отличие от 2019 года сегодня политическое сопротивление интеграции со стороны официального Минска минимально, а процесс перешел в техническую стадию.

Беларусская идентичность – следующая

По словам Григория Нижникова, основной удар России сейчас направлен на уничтожение беларусской идентичности. После опыта войны в Украине Кремль понял важность идентичности и делает ставку на гуманитарную агрессию (образование, культура), чтобы при оккупации некому было сопротивляться.



При этом Григорий Нижников все же с позитивом оценивает будущее: несмотря на давление, беларусы по своим ценностям остаются европейцами и сохраняют свою идентичность, что создает фундамент для демократических изменений после ухода Лукашенко.

Нижников подчеркивает, что ответственность за будущее лежит на беларусах в эмиграции, так как внутри страны возможности для сопротивления сведены к минимуму, поэтому именно диаспора и международные партнеры должны активно действовать сейчас.