Транзит власти уже начался? Эксперты о том, досидит ли Лукашенко срок
В Беларуси некоторые эксперты видят признаки транзита власти и считают, что Александру Лукашенко уже недолго осталось занимать пост главы государства. «Белсат» попытался разобраться, действительно ли ждать ухода Лукашенко в скором времени и что из этого может выйти.
Сразу два эксперта недавно заявили в эфирах «Еврорадио», что в Беларуси зреют довольно быстрые изменения. Эксперт по политической коммуникации Анастасия Костюгова считает, что нынешний срок Александра Лукашенко может быть последним, и признаки транзита власти уже есть. По мнению политического аналитика Игоря Тышкевича, вполне вероятно, что политик и вовсе не закончит текущий срок.
Игорь Тышкевич еще в 2020 году прогнозировал, что срок 2020–2025 годов последний полный срок на посту президента для Лукашенко. В разговоре с «Белсатом» аналитик говорит, что вероятность того, что Лукашенко может не досидеть текущий срок, очень велика.
{banner_300x300_news_2}
Он отмечает, что такая система, с принятием решений на самом верху, может существовать в спокойное время, а во времена кризиса разваливается, так как даже при адекватных приказах люди на местах боятся брать инициативу.
Третий фактор – это изменения в экономике. Это снижение влияния госсектора вместе с технологической насыщенностью и ростом частного сектора.
Несколько дополнительных лет у власти Лукашенко дала полномасштабная война России против Украины. Это стало поводом продолжить репрессии, отмечает собеседник.
При этом общая ситуация не меняется, и даже в ближайшем окружении Лукашенко думают об утраченных выгодах, отмечает собеседник.
В случае транзита Александр Лукашенко попытается уйти в ВНС и поставить кого-то из своего окружения на пост президента. Поэтому не стоит ожидать разворота к построению демократии, по крайней мере во время первого электорального цикла после Лукашенко, считает эксперт. Скорее всего будут изменения в экономической политике. Может, появится несколько политических проектов, рассчитанных на разные группы. Например, для среднего класса или даже для беларусских националистов, но кардинальных изменений все равно не будет.
Анастасия Костюгова говорит «Белсату», что смены власти через свободные выборы не будет, зато просматривается внутрисистемный транзит.
Собеседница видит это как адаптацию системы к будущему без единого центра принятия решений.
Всё это преподносится как меры по укреплению режима, но на самом деле – поиск запасного аэродрома, уверена эксперт.
Кроме того, Лукашенко уже немолодой человек, а внутри системы накапливается усталость от санкций, постоянного режима мобилизации и кризиса. Чиновники хотят предсказуемости.
Эксперт напоминает, что аргумент «он никуда не собирается» регулярно оказывался ошибочным и в нашем регионе, и в Центральной Азии.
Поэтому она ожидает, что передача власти будет скучной и компромиссной.
Глава Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский отмечает, что частично согласен с наблюдениями Анастасии Костюговой и Игоря Тышкевича.
Также он отмечает, что по итогам последнего ВНС так и не стало понятно точная роль, которую должен играть этот орган. Ковалевский добавляет, что международная и региональная обстановка неблагоприятна с точки зрения безопасности для Лукашенко и его семьи, в чем он прежде всего был бы заинтересован в случае транзита власти.
Он говорит, что все же трудно представить, чтобы Лукашенко по своей воле отказался от власти.
По его мнению, факторы, которые могут подтолкнуть к транзиту власти – прекращение войны в Украине и давление со стороны России.
При этом он не рассматривает вариантов, когда смена власти произойдет из-за внутреннего давления элит, населения, экономических игроков и так далее.
Если исходить из сегодняшней ситуации, то никакого места для демсил в процессе транзита власти и по его результатам не просматривается, считают опрошенные эксперты.
Есть один сценарий, при котором демсилы могут сыграть какую-то роль – если инициаторы транзита в Минске будут стремиться восстановить демократические практики и открыть пространство для гражданского политического процесса в Беларуси, подчеркивает он.
Пока ничего подобного не видно, но этому могли бы поспособствовать западные страны, особенно Европейский союз. Проблема в том, что ЕС не замечает Беларусь с ее национальными интересами и воспринимает только как объект санкций за соучастие в агрессии против Украины, отмечает Валерий Ковалевский.
Анастасия Костюгова видит проблемы в самих демсилах. По ее мнению, демсилы сегодня как «метеостанция, которая опаздывает». «На погоду эта станция, очевидно, не влияет, и даже комментирует ее с сильным отставанием. Это следствие не только изгнания и репрессий, но и собственных решений. Резолюции, приемы, назначения друг друга координаторами, спецпредставителями и руководителями чего-либо не меняют в Минске ни одного приказа и ни одного бюджета», – говорит Костюгова.
Она также подчеркивает, что поддержка Запада снижается, и там нет реальной ставки на демсилы как на структуры, которые в будущем придут к власти в Беларуси.
Если демсилы не хотят быть «просто декорацией» и участвовать в транзите власти, то нужно менять подход, убеждена Костюгова:
Также она рекомендует готовить компетентные кадры и проекты, которые можно реализовывать уже сейчас, поскольку политика нужна для предложения решений проблем.
Игорь Тышкевич также не видит значительной роли демсил в вероятном транзите.
Лукашенко еле вылез из проруби на Крещение
Сразу два эксперта недавно заявили в эфирах «Еврорадио», что в Беларуси зреют довольно быстрые изменения. Эксперт по политической коммуникации Анастасия Костюгова считает, что нынешний срок Александра Лукашенко может быть последним, и признаки транзита власти уже есть. По мнению политического аналитика Игоря Тышкевича, вполне вероятно, что политик и вовсе не закончит текущий срок.
Подготовка к транзиту началась давно
Игорь Тышкевич еще в 2020 году прогнозировал, что срок 2020–2025 годов последний полный срок на посту президента для Лукашенко. В разговоре с «Белсатом» аналитик говорит, что вероятность того, что Лукашенко может не досидеть текущий срок, очень велика.
«Среди факторов, которые позволили сделать такой прогноз – общая деградация системы власти. Во время автократии карьеру скорее делают послушные, а не умные и менее лояльные», – говорит Игорь Тышкевич.
{banner_300x300_news_2}
Он отмечает, что такая система, с принятием решений на самом верху, может существовать в спокойное время, а во времена кризиса разваливается, так как даже при адекватных приказах люди на местах боятся брать инициативу.
«Второй фактор – все равно готовился транзит. Потому что первый проект Конституции с «народным хуралом» [ВНС. – Прим. ред.] по транзиту был готов в 2019 году, о чем говорил сам Лукашенко», – продолжает эксперт.
Третий фактор – это изменения в экономике. Это снижение влияния госсектора вместе с технологической насыщенностью и ростом частного сектора.
«Четвертое – это изменение структуры населения. Ядерный электорат Лукашенко по ценностным принципам сужается. Сейчас он около 30%. Десять лет назад было около 50%», – продолжает Игорь Тышкевич.
Несколько дополнительных лет у власти Лукашенко дала полномасштабная война России против Украины. Это стало поводом продолжить репрессии, отмечает собеседник.
«И он сумел подменить понятия. Как говорил социолог Андрей Вардомацкий, «нет войне» превратилось в «нет войны». Значительная часть людей посчитала Лукашенко наименьшим злом. Это не является постоянной поддержкой», – говорит Тышкевич.
При этом общая ситуация не меняется, и даже в ближайшем окружении Лукашенко думают об утраченных выгодах, отмечает собеседник.
«Я приводил пример того, как Мадуро сдало его же окружение, когда они увидели упущенные выгоды, – продолжает Игорь Тышкевич. – Все обозначенные процессы в Беларуси сходятся воедино. Поэтому да, в течение этого электорального срока вполне вероятно, что будет либо транзит, либо другие варианты, если какие-то действия будут осуществлять соратники Лукашенко».
В случае транзита Александр Лукашенко попытается уйти в ВНС и поставить кого-то из своего окружения на пост президента. Поэтому не стоит ожидать разворота к построению демократии, по крайней мере во время первого электорального цикла после Лукашенко, считает эксперт. Скорее всего будут изменения в экономической политике. Может, появится несколько политических проектов, рассчитанных на разные группы. Например, для среднего класса или даже для беларусских националистов, но кардинальных изменений все равно не будет.
«Скорее будут плавные изменения, как в Казахстане или Узбекистане», – считает Тышкевич.
Транзит уже начался, но не такой, как многие хотели
Глава Беларуси Александр Лукашенко на заседании международного форума «Мировая атомная неделя», посвященного мировой ядерной промышленности. Москва, Россия. 25 сентября 2025 года. Фото: Evgenia Novozhenina / POOL / AFP / East News
Анастасия Костюгова говорит «Белсату», что смены власти через свободные выборы не будет, зато просматривается внутрисистемный транзит.
«В этом смысле транзит уже начался, потому что это не событие, а длительный процесс перераспределения власти, интересов и гарантий безопасности. Во-первых, вертикаль власти уже перестает быть монолитной. Медленно, осторожно, но полномочия расползаются по ведомствам, правительству и управленческим командам», – говорит Анастасия Костюгова.
Собеседница видит это как адаптацию системы к будущему без единого центра принятия решений.
«Во-вторых, речь идет об институциональных маневрах: изменениях в Конституции, усилении роли ВНС, попытках выстроить коллективные механизмы страхования будущего, а также о риторике Лукашенко, сопровождающей эти процессы», – говорит она.
Всё это преподносится как меры по укреплению режима, но на самом деле – поиск запасного аэродрома, уверена эксперт.
«В-третьих, наблюдаются осторожные внешнеполитические шаги. Речь идет о попытках нащупать каналы диалога, снизить уровень международной изоляции и урегулировать хотя бы практические вопросы. Это не вопрос ценностной ориентации или внезапных симпатий к Европе, а прагматичная необходимость, связанная с базовой устойчивостью экономики и государства», – продолжает Анастасия Костюгова.
Не важно, собирается ли уходить Лукашенко
Второе заседание VII Всебеларусского народного собрания. Минск, Беларусь. 18 декабря 2025 года. Фото: president.gov.by
Кроме того, Лукашенко уже немолодой человек, а внутри системы накапливается усталость от санкций, постоянного режима мобилизации и кризиса. Чиновники хотят предсказуемости.
«Это не демократический запрос, а запрос на нормальность – и именно из таких запросов вырастают управляемые транзиты», – говорит Анастасия Костюгова.
Эксперт напоминает, что аргумент «он никуда не собирается» регулярно оказывался ошибочным и в нашем регионе, и в Центральной Азии.
«Вопрос, как правило, не в личном желании уйти, а в цене сохранения системы в замороженном состоянии. В определенный момент аккуратная перестройка становится дешевле, чем содержание статус-кво. Элиты это понимают и действуют соответствующим образом», – продолжает собеседница.
Поэтому она ожидает, что передача власти будет скучной и компромиссной.
«Вероятный технократический сценарий или коллективная модель управления внутри системы с задачей стабилизации, частичного снижения конфликтности и постепенного возвращения страны к более нормальной экономической и дипломатической жизни. Это не финальная модель, это переходный мост», – говорит Костюгова.
Для Лукашенко есть не только риски, но и возможности
Люди ждут освобождения людей, задержанных в первые дни послевыборных протестов, возле ИВС на Окрестина в Минске, Беларусь. 14 августа 2020 года. Фото: Белсат
Глава Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский отмечает, что частично согласен с наблюдениями Анастасии Костюговой и Игоря Тышкевича.
«Вместе с тем какая-то доля скепсиса у меня есть. Сильных, четких, интересных фигур для контролируемого транзита на сегодняшний день нет. Если бы были какие-то планы по транзиту, то такую фигуру готовили бы так или иначе», – говорит Ковалевский.
Также он отмечает, что по итогам последнего ВНС так и не стало понятно точная роль, которую должен играть этот орган. Ковалевский добавляет, что международная и региональная обстановка неблагоприятна с точки зрения безопасности для Лукашенко и его семьи, в чем он прежде всего был бы заинтересован в случае транзита власти.
«Смена власти во время войны против Украины может иметь дополнительные риски. На сегодняшний день, мне кажется, для России гораздо важнее стабильность в Беларуси, чтобы не было никаких сюрпризов», – продолжает Ковалевский.
Он говорит, что все же трудно представить, чтобы Лукашенко по своей воле отказался от власти.
«Для него не важно, или на улице война, или кризис, или процветание. Для него главное – оставаться в кресле президента. С кризисами он сталкивался уже много раз за свои 30+ лет у власти. Международная обстановка очень сложная. Есть серьезные риски, но есть и возможности, которые также Лукашенко не истекает. Мы видим, как он достаточно исправно наладил диалог с Соединенными Штатами и использует его в своих интересах, в некотором смысле балансируя зависимость от России и разрывая международную изоляцию», – говорит Валерий Ковалевский.
Российский ракетный комплекс «Орешник» во время учений в неустановленном месте в Беларуси. 29 декабря 2025 года. Фото: Russian Defense Ministry Press Service via AP / East News
По его мнению, факторы, которые могут подтолкнуть к транзиту власти – прекращение войны в Украине и давление со стороны России.
«Также это может быть уход Лукашенко из-за состояния здоровья. транзит случится именно тогда, когда какой-то из этих факторов сработает и его нельзя будет обойти», – считает Ковалевский.
При этом он не рассматривает вариантов, когда смена власти произойдет из-за внутреннего давления элит, населения, экономических игроков и так далее.
Места для демсил нет?
Если исходить из сегодняшней ситуации, то никакого места для демсил в процессе транзита власти и по его результатам не просматривается, считают опрошенные эксперты.
«Когда режим призывает к диалогу – он призывает страны Запада, которые имеют для него субъектность, контроль над определенными важными интересами. Но категорически и последовательно отбрасываются любые призывы к диалогу с гражданским обществом», – говорит Валерий Ковалевский.
Есть один сценарий, при котором демсилы могут сыграть какую-то роль – если инициаторы транзита в Минске будут стремиться восстановить демократические практики и открыть пространство для гражданского политического процесса в Беларуси, подчеркивает он.
Пока ничего подобного не видно, но этому могли бы поспособствовать западные страны, особенно Европейский союз. Проблема в том, что ЕС не замечает Беларусь с ее национальными интересами и воспринимает только как объект санкций за соучастие в агрессии против Украины, отмечает Валерий Ковалевский.
«Фактически не рассматривается внутриполитическая ситуация и то, что пять с половиной лет стратегии по Беларуси имеют также негативные последствия. В Брюсселе об этом не разговаривают и не знают. Если бы они применили серьезные рычаги влияния на ситуацию в стране, тогда, возможно, было бы какое-то место для демократических сил», – говорит Валерий Ковалевский.
Думать о транзите надо было вчера
Лидер беларусской оппозиции Светлана Тихановская и ее муж Сергей держат фото Анджея Почобута, который находится в тюрьме в Беларуси и только что получил премию Сахарова после выступления перед членами Европейского парламента. Страсбург, Франция. 22 октября 2025 года. Фото: Frederick Florin / AFP / East News
Анастасия Костюгова видит проблемы в самих демсилах. По ее мнению, демсилы сегодня как «метеостанция, которая опаздывает». «На погоду эта станция, очевидно, не влияет, и даже комментирует ее с сильным отставанием. Это следствие не только изгнания и репрессий, но и собственных решений. Резолюции, приемы, назначения друг друга координаторами, спецпредставителями и руководителями чего-либо не меняют в Минске ни одного приказа и ни одного бюджета», – говорит Костюгова.
Она также подчеркивает, что поддержка Запада снижается, и там нет реальной ставки на демсилы как на структуры, которые в будущем придут к власти в Беларуси.
«Недавний пример с Мачадо очень иллюстративный. Иллюзия, что кто-то будет серьезно перестраивать регион ради оппозиции в изгнании – это наш любимый политический фанфик, но мы должны понимать, что это скорее художественный вымысел, – продолжает эксперт. – К 2026 году мы имеем уже во многом самоназначенную политическую экосистему, которая разговаривает в основном сама с собой и ожидает, что реальность будет подстраиваться под заявления».
Лидер венесуэльской оппозиции Мария Карина Мачадо приветствует сторонников у Белого дома после встречи с президентом Дональдом Трампом. Вашингтон, США. 15 января 2026 года. Фото: Pablo Martinez Monsivais / AP Photo / East News
Если демсилы не хотят быть «просто декорацией» и участвовать в транзите власти, то нужно менять подход, убеждена Костюгова:
«Надо налаживать реальные контакты, а не бояться их и демонизировать. Политика – это всегда диалог, даже с неприятными собеседниками. Говорить не только языком наказаний, трибуналов и катастроф, но языком будущего: каковы гарантии, правила, компромиссы, понятная польза, идеи. Работать с практическими темами – границы, мобильность, экономика, гуманитарные вопросы».
Также она рекомендует готовить компетентные кадры и проекты, которые можно реализовывать уже сейчас, поскольку политика нужна для предложения решений проблем.
«Моя главная рекомендация – перестать путать моральное превосходство с политическим влиянием. Это разные валюты. Транзит – это не событие, а процесс, и он уже происходит. Думать о том, где и с чем вы хотите оказаться по его итогам надо было начинать еще вчера», – говорит Анастасия Костюгова.
Игорь Тышкевич также не видит значительной роли демсил в вероятном транзите.
«Если будет нужна какая-то легитимация, то возможно в качестве беларусского общественного диалога, круглого стола – как угодно называйте – представителя одной или двух групп позовут в качестве свадебного генерала», – резюмирует Игорь Тышкевич.
Лукашенко еле вылез из проруби на Крещение