Политолог: Это не только самая циничная, но и самая рискованная игра, которую когда-либо вел режим

Алексей Бурый, UDF
29 ноября 2021, 10:06
Фото: Госпогранкомитет Беларуси
В пятницу 26 ноября Александр Лукашенко посетил логистический центр возле пункта пропуска «Брузги», где размещены мигранты. Руководитель Беларуси по-прежнему считает: «Две тысячи человек (мигрантов) – это не большая проблема для Германии».

Александр Лукашенко также заявил:

«Если мы сейчас не решим в Беларуси проблему беженцев, она будет на порядок мощнее не только весной, но и зимой. Мы понимаем, что сюда хлынет огромное количество беженцев и сдержать их на границе будет невозможно».


UDF поинтересовался у экспертов: на каком этапе теперь находится миграционный кризис?

«Если новый санкционный пакет будет жестким, возможен новый виток обострения»



Старший исследователь Центра новых идей Павел Мацукевич в комментарии UDF выразил надежду, что миграционный кризис будет затухать.

Политолог: Это не только самая циничная, но и самая рискованная игра, которую когда-либо вел режим

Фото: dw.com

«В любом случае сейчас наблюдается фаза деэскалации, которая наступила после прямых контактов Меркель с Лукашенко. Часть мигрантов возвращается домой, часть остается «на складе», некоторые так или иначе просачиваются через границу, но в целом напряжение спало. Дальше многое будет зависеть и от шагов Минска, и от шагов Брюсселя. Если новый санкционный пакет в отношении Беларуси будет жестким, то возможен новый виток обострения миграционного кризиса», – считает Мацукевич.


Почему Германия и Евросоюз отказываются принимать предложение белорусских властей пропустить хотя небольшую часть мигрантов?

«Можно понять европейских политиков, которые публично заявляют, что не будут принимать ни тысячу, ни две тысячи человек. Если они скажут иное, это может вызвать новые волны желающих попасть в Германию и вообще уронить их лицо, как принявших условия Лукашенко», – отметил Мацукевич.



Если ситуация дальше будет оставаться такой как сейчас, то можно ли будет сказать, что белорусский режим проиграл в противостоянии с Европой и ничего не добился?

«Не стал бы сводить ситуацию к этой логике: кто выиграл, а кто проиграл. Мне кажется, Лукашенко как минимум получил моральное удовлетворение в виде признания его со стороны Европы хозяином положения в Беларуси, а ЕС – деэскалацию напряженности на своей границе. Вопреки всем заявлениям, звучавшим последние полтора года, европейским политикам пришлось пойти на прямой контакт с Лукашенко. До этого они демонстративно вели диалог с Тихановской, но было очевидным, что лидеры оппозиции реального влияния на ситуацию в Беларуси не имеют и не могли повлиять на разрешение миграционного кризиса. Ангела Меркель решилась на прямой контакт с Лукашенко и это дало результат – напряжение спало и мигранты стали возвращаться по домам. По-моему, это достаточно четкий сигнал, что белорусские власти заинтересованы в контактах с Европой и общие вопросы придется решать именно с ними. Исторический опыт показывает, что с диктаторами можно обсуждать любые темы, кроме их власти. Миграционный вопрос будет закрыт, как только стороны возобновят сотрудничество в этой узкой сфере», – полагает Мацукевич.


При этом, по его мнению, белорусское общество только выиграет, если миграционный кризис будет выведен за скобки.

«Белорусы должны быть заинтересованы в том, чтобы конфликт на границе исчез: он никак не помогает бороться с режимом Лукашенко, а только отвлекает и создает дополнительные угрозы и поводы для усиления санкционного давления на страну», – сказал Мацукевич.


«Лукашенко чувствует неуверенность в связи с приближающимся референдумом»



Политолог, академический директора BISS Петр Рудковский в комментарии UDF отметил, что, по его мнению, белорусские власти не волнует защита прав мигрантов.


Фото: belta.by

В доказательство он привел в пример историю курдского журналиста Ребина Маджида, который решился попросить убежища у белорусских властей.

«Сначала угостили его электрошокером, а потом брутально вышвырнули из страны. Нет, у Лукашенко нет цели выбить какой-то гуманитарный коридор для мигрантов, его цель многолика — мстить Западу, провоцировать раскол, принудить к признанию его власти, переключить внимание Запада с репрессий на миграцию», – считает Рудковский.


По его мнению, окончательные выводы об исходе противостояния делать рано.

«Это не только самая циничная, но и самая рискованная игра, которую когда-либо вел режим. Да, ему удалось сделать так, что миграционный кризис затмил политический кризис в Беларуси в повестке ЕС, действительно, появилось много разногласий в ЕС касательно решений миграционного кризиса, появились пропагандистские бонусы (например, звонок Меркель). Но это краткосрочные, эфемерные бонусы», – полагает Рудковский.


По его мнению, «другая сторона палки направлена против самого режима Лукашенко».

«Если раньше белорусская диктатура была для западных элит прежде всего этической проблемой, то сейчас она становится вызовом для региональной безопасности. Как я уже отмечал, международный авантюризм – один из главных факторов кончины автократий», – отметил Рудковский.


Почему Лукашенко продолжает говорить, что Германия могла бы принять хотя бы небольшую часть мигрантов?

«Это коммуникационная стратегия, направленная на то, чтобы себя позиционировать как заботливого правителя, а противника – как эгоиста и лицемера. Лукашенко создал ситуацию, которая приносит дивиденды независимо от шагов противника: если ЕС принимает мигрантов поток за потоком, то в ЕС возрастает общественное напряжение и нагрузка на государственные службы. Если не принимает, то возрастают этические разногласия, а белорусско-российская пропаганда получает почву для дискредитации европейских ценностей», – сказал Рудковский.


Что означают слова Лукашенко о том, что зимой-весной проблема мигрантов будет «на порядок мощнее»?

«Это почти открытая угроза, которую режим может попытаться выполнить. Лукашенко чувствует неуверенность в связи с приближающимся референдумом. Запугивание белорусского общества и «недружественных» внешних игроков – это часть стратегии самовыживания. И по мере возрастания собственной неуверенности будет возрастать тенденция на эскалацию, вплоть до «поставки» (извиняюсь за это слово в отношении людей) тысяч или даже десятков тысяч мигрантов. Это будет очень рискованная авантюра, но Лукашенко во имя сохранения власти или плана транзита (если таковой существует) не остановится перед рисками», – считает Рудковский.


Какой он видит роль России в миграционном кризисе на данный момент?

«Сдержанная озабоченность, риторика невмешательства, способствование «диалогу» между Лукашенко и западными лидерами, попутно едкие комментарии в отношении ЕС и США (мол, сами создали предпосылки для миграционного кризиса) – это тактические приемы. Они призваны усилить имидж Кремля как конструктивной региональной силы в противовес «деструктивной» роли США или ЕС», – полагает Рудковский.


Во что Кремль собирается конвертировать этот имиджевый капитал – отдельный вопрос.

«Возможно, в требование стать главным медиатором в решении белорусского кризиса (читай: право навязать свой сценарий политического преобразования). Возможно, в нечто более серьезное... Но на данном этапе роль России – поддерживать состояние конфликта Лукашенко с Западом, удерживать Лукашенко на плаву (пока не появится надежная альтернатива) и при этом усиливать свой имиджевый капитал», – сказал Рудковский.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Дорогие читатели, не имея ресурсов на модерацию и учитывая нюансы белорусского законодательства, мы решили отключить комментарии. Но присоединяйтесь к обсуждениям в наших сообществах в соцсетях! Мы есть на Facebook, «ВКонтакте», Twitter и Одноклассники

Новости других СМИ