У Лукашенко два больших списка пожеланий - для Европы и для Путина
Но серьезные люди в Москве и Брюсселе мало похожи на Санта-Клаусов и просто так под елочку ничего не принесут.
Евросоюз может поспособствовать экономической независимости Беларуси. Александр Лукашенко мастерски выпятил этот тезис в разговоре с важной делегацией из Брюсселя.
Действительно, Европа, Запад в целом пошли де-факто на серьезный компромисс с белорусским режимом, чтобы ослабить то, что им представляется российской угрозой. В диалоге с Минском европейцы теперь стараются не пережимать с риторикой насчет демократизации, соблюдения прав человека.
В итоге отношения белорусских властей с Брюсселем пусть и медленно, но развиваются. Обрисовалась конкретная повестка дня. Вот Лукашенко и спешит ковать железо.
Пусть, короче, Брюссель не учит жить, а поможет материально.
Пусть не учат жить, а помогут материально
Встречаясь в Минске 21 ноября с делегацией Комитета по политике и безопасности Совета ЕС, белорусский президент огласил перед серьезными западными господами солидный список пожеланий. Как-то: «Ощутимым вкладом ЕС в укрепление экономической независимости Беларуси могут стать устранение ограничений в торговле, обеспечение реального доступа белорусских товаров на рынок Евросоюза, оказание содействия в выстраивании отношений с МВФ и повышении позиции Беларуси в кредитном рейтинге Организации экономического сотрудничества и развития, активизация переговоров о вступлении Беларуси в ВТО».
О каких ограничениях в торговле идет речь? Как пояснил в комментарии для Naviny.by аналитик Белорусского института стратегических исследований (BISS, Вильнюс) Денис Мельянцов, в числе таких барьеров — исключение Беларуси из Обобщенной системы преференций (ОСП) Евросоюза, квоты на текстиль и ряд других товаров, трудности с получением сертификатов качества.
«У Минска также нет торгового соглашения с Брюсселем», — отметил аналитик. По его сведениям, кулуарно идет разговор о том, чтобы подписать такой документ отдельно, не дожидаясь, пока будет готов большой базовый договор о партнерстве и сотрудничестве с Евросоюзом.
По мнению Мельянцова, Беларуси даже в случае снятия торговых барьеров трудно надеяться на прорывы в экспорте продукции машиностроения, например. Но по ряду позиций, прежде всего в продовольствии, прогресс вполне реален, так как здесь белорусский продукт (масло, минеральная вода и пр.) вполне конкурентоспособен.
А откуда взялись барьеры?
Анализируя список пожеланий Минска Брюсселю, стоит вспомнить историю некоторых проблем. Например, в свое время Беларусь вылетела из ОСП за нарушение прав трудящихся, зажим профсоюзов. Так что здесь режим расплачивается за свои старые грехи.
Также вспоминается, что на совещаниях по вопросу вступления в ВТО Лукашенко не раз выказывал свой личный скепсис: а нужно ли нам туда? Теперь оказалось, что нужно, и побыстрее. Но сколько времени упущено!
Сейчас белорусский президент прозрачно намекает, что не грех бы ускориться с заключением базового договора Беларусь — ЕС. Но ведь такой документ уже был готов аж два десятилетия назад, и все пошло прахом из-за референдума-96, когда Лукашенко резко переформатировал властные полномочия в свою пользу и разогнал Верховный Совет.
Далее. Письмо о намерениях, без которого новая программа с МВФ не начнется, из Минска в Вашингтон пока так и не ушло. В фонде хотят получить гарантии реформ от того, кто реально решает все вопросы в Беларуси.
Между тем промедление с письмом о намерениях показывает, что «глава государства к таким реформам не готов», что налицо недостаток политической воли, отметил в комментарии для Naviny.by экономический эксперт «Либерального клуба» (Минск) Антон Болточко.
Он подчеркивает, что реформы нужны не ради денег МВФ и ЕС, а чтобы поднять в итоге благосостояние наших граждан. Но пока руководство страны больше озабочено «поддержанием статус-кво в системе», считает Болточко.
Сделаем из Минска если не Женеву, то Хельсинки!
Ну, а пока нет реформ даже в экономике (о политике лучше не заикаться), можно попытаться капитализировать миротворческую роль Минска. Предоставление площадки для переговоров по Украине принесло Лукашенко большие дивиденды, фактически помогло разморозить отношения с ЕС, выйти из-под его санкций. Однако значение той площадки угасает, нужны новые инициативы.
На встрече с делегацией ЕС белорусский президент предложил использовать Минск как площадку для переговоров о разрядке между Востоком (читай: Россией) и Западом: «Давайте, чтобы улучшить атмосферу взаимоотношений государств, подумаем об обновлении Хельсинкского процесса и попробуем запустить миротворческий процесс, возможно «минский процесс».
Заявка амбициозная. Но не очень понятно, зачем здесь нужен посредник, отметил в комментарии для Naviny.by эксперт минского аналитического центра «Стратегия» Валерий Карбалевич. По его словам, российские лидеры и так встречаются с западными гораздо чаще, чем Лукашенко.
Создание в Беларуси переговорной площадки по Донбассу, саммит лидеров нормандской четверки в Минске в феврале 2015 года «сдвинули белорусское политическое сообщество с точки реальности», говорит аналитик. По его мнению, возможности миротворчества под эгидой Минска стали переоцениваться, в том числе и некоторыми негосударственными экспертами.
Действительно, отечественная дипломатия придумала красивый тезис о Беларуси как доноре региональной стабильности. Звучит даже: Минск может стать восточноевропейской Женевой (насмешники из соцсетей вспоминают здесь лекцию Остапа Бендера в Васюках).
И вот теперь — замах на новые Хельсинки (в 1975-м в финской столице был подписан исторический Заключительный акт, которым СССР и Запад демонстрировали волю покончить с холодной войной).
«Не думаю, что эта идея реальна», — говорит Карбалевич о перспективах предложенного сейчас минского процесса. И добавляет: недавнее голосование Минска в ООН против резолюции о правах человека в Крыму лишь смазывает впечатление о нейтральности белорусской позиции.
В капкане старой системы
Вряд ли Европа и США в принципе питают иллюзии относительно нейтральности белорусского режима, у которого с Москвой — союзное государство, военные договоры. Но вместе с тем Запад оценил маневрирование Минска на международной арене в тех пределах, которые на сегодня возможны.
Потому и разворачивается, в частности, диалог с Евросоюзом, сулящий белорусской стороне ряд осязаемых дивидендов (деньги от ЕС, ЕБРР и пр).
«Вытянуть Беларусь из геополитического поля России — это большая ставка, за это, с точки зрения ЕС, стоит платить», — поясняет Карбалевич логику нового (отметим: вызывающего у оппозиции недовольство, порождающего упреки в предательстве идеалов) подхода Брюсселя к белорусскому вопросу.
Однако и для укрепления экономической независимости белорусские власти должны пройти свою часть пути, весьма тернистую, иначе ни Брюссель, ни Вашингтон не спасут. Пока же Минск в основном загибает пальцы, перечисляя иностранцам свои желания. Но даже детское письмо Санта-Клаусу должно быть реалистичным, и вообще по правилам жанра мальчику/девочке следует показать прилежание, иначе желаемых подарков под елочкой не окажется.
Да, в Минске понимают порочность чрезмерной экономической привязки к восточной соседке. Министр иностранных дел Владимир Макей недавно открытым текстом сказал о желании Беларуси ослабить эту зависимость.
Однако лозунги многовекторности, диверсификации внешней политики и торговли повисают в воздухе без реальных реформ.
И после встречи с брюссельскими эмиссарами архитектор белорусской модели, заточенной под льготные энергоресурсы, снова собирается для ее спасения лететь за дозой поддержки в Москву. Для Владимира Путина у Лукашенко тоже наготове большой список пожеланий (кое-что было мягко артикулировано на пресс-конференции для российских журналистов 17 ноября и более жестко артикулировалось ранее).
И вот ведь какая закавыка: чем больше отжалеет Москва (причем выставляя свои условия за каждый скормленный витамин), тем призрачнее надежда на перестройку белорусской системы.
Евросоюз может поспособствовать экономической независимости Беларуси. Александр Лукашенко мастерски выпятил этот тезис в разговоре с важной делегацией из Брюсселя.
Действительно, Европа, Запад в целом пошли де-факто на серьезный компромисс с белорусским режимом, чтобы ослабить то, что им представляется российской угрозой. В диалоге с Минском европейцы теперь стараются не пережимать с риторикой насчет демократизации, соблюдения прав человека.
В итоге отношения белорусских властей с Брюсселем пусть и медленно, но развиваются. Обрисовалась конкретная повестка дня. Вот Лукашенко и спешит ковать железо.
Пусть, короче, Брюссель не учит жить, а поможет материально.
Пусть не учат жить, а помогут материально
Встречаясь в Минске 21 ноября с делегацией Комитета по политике и безопасности Совета ЕС, белорусский президент огласил перед серьезными западными господами солидный список пожеланий. Как-то: «Ощутимым вкладом ЕС в укрепление экономической независимости Беларуси могут стать устранение ограничений в торговле, обеспечение реального доступа белорусских товаров на рынок Евросоюза, оказание содействия в выстраивании отношений с МВФ и повышении позиции Беларуси в кредитном рейтинге Организации экономического сотрудничества и развития, активизация переговоров о вступлении Беларуси в ВТО».
О каких ограничениях в торговле идет речь? Как пояснил в комментарии для Naviny.by аналитик Белорусского института стратегических исследований (BISS, Вильнюс) Денис Мельянцов, в числе таких барьеров — исключение Беларуси из Обобщенной системы преференций (ОСП) Евросоюза, квоты на текстиль и ряд других товаров, трудности с получением сертификатов качества.
«У Минска также нет торгового соглашения с Брюсселем», — отметил аналитик. По его сведениям, кулуарно идет разговор о том, чтобы подписать такой документ отдельно, не дожидаясь, пока будет готов большой базовый договор о партнерстве и сотрудничестве с Евросоюзом.
По мнению Мельянцова, Беларуси даже в случае снятия торговых барьеров трудно надеяться на прорывы в экспорте продукции машиностроения, например. Но по ряду позиций, прежде всего в продовольствии, прогресс вполне реален, так как здесь белорусский продукт (масло, минеральная вода и пр.) вполне конкурентоспособен.
А откуда взялись барьеры?
Анализируя список пожеланий Минска Брюсселю, стоит вспомнить историю некоторых проблем. Например, в свое время Беларусь вылетела из ОСП за нарушение прав трудящихся, зажим профсоюзов. Так что здесь режим расплачивается за свои старые грехи.
Также вспоминается, что на совещаниях по вопросу вступления в ВТО Лукашенко не раз выказывал свой личный скепсис: а нужно ли нам туда? Теперь оказалось, что нужно, и побыстрее. Но сколько времени упущено!
Сейчас белорусский президент прозрачно намекает, что не грех бы ускориться с заключением базового договора Беларусь — ЕС. Но ведь такой документ уже был готов аж два десятилетия назад, и все пошло прахом из-за референдума-96, когда Лукашенко резко переформатировал властные полномочия в свою пользу и разогнал Верховный Совет.
Далее. Письмо о намерениях, без которого новая программа с МВФ не начнется, из Минска в Вашингтон пока так и не ушло. В фонде хотят получить гарантии реформ от того, кто реально решает все вопросы в Беларуси.
Между тем промедление с письмом о намерениях показывает, что «глава государства к таким реформам не готов», что налицо недостаток политической воли, отметил в комментарии для Naviny.by экономический эксперт «Либерального клуба» (Минск) Антон Болточко.
Он подчеркивает, что реформы нужны не ради денег МВФ и ЕС, а чтобы поднять в итоге благосостояние наших граждан. Но пока руководство страны больше озабочено «поддержанием статус-кво в системе», считает Болточко.
Сделаем из Минска если не Женеву, то Хельсинки!
Ну, а пока нет реформ даже в экономике (о политике лучше не заикаться), можно попытаться капитализировать миротворческую роль Минска. Предоставление площадки для переговоров по Украине принесло Лукашенко большие дивиденды, фактически помогло разморозить отношения с ЕС, выйти из-под его санкций. Однако значение той площадки угасает, нужны новые инициативы.
На встрече с делегацией ЕС белорусский президент предложил использовать Минск как площадку для переговоров о разрядке между Востоком (читай: Россией) и Западом: «Давайте, чтобы улучшить атмосферу взаимоотношений государств, подумаем об обновлении Хельсинкского процесса и попробуем запустить миротворческий процесс, возможно «минский процесс».
Заявка амбициозная. Но не очень понятно, зачем здесь нужен посредник, отметил в комментарии для Naviny.by эксперт минского аналитического центра «Стратегия» Валерий Карбалевич. По его словам, российские лидеры и так встречаются с западными гораздо чаще, чем Лукашенко.
Создание в Беларуси переговорной площадки по Донбассу, саммит лидеров нормандской четверки в Минске в феврале 2015 года «сдвинули белорусское политическое сообщество с точки реальности», говорит аналитик. По его мнению, возможности миротворчества под эгидой Минска стали переоцениваться, в том числе и некоторыми негосударственными экспертами.
Действительно, отечественная дипломатия придумала красивый тезис о Беларуси как доноре региональной стабильности. Звучит даже: Минск может стать восточноевропейской Женевой (насмешники из соцсетей вспоминают здесь лекцию Остапа Бендера в Васюках).
И вот теперь — замах на новые Хельсинки (в 1975-м в финской столице был подписан исторический Заключительный акт, которым СССР и Запад демонстрировали волю покончить с холодной войной).
«Не думаю, что эта идея реальна», — говорит Карбалевич о перспективах предложенного сейчас минского процесса. И добавляет: недавнее голосование Минска в ООН против резолюции о правах человека в Крыму лишь смазывает впечатление о нейтральности белорусской позиции.
В капкане старой системы
Вряд ли Европа и США в принципе питают иллюзии относительно нейтральности белорусского режима, у которого с Москвой — союзное государство, военные договоры. Но вместе с тем Запад оценил маневрирование Минска на международной арене в тех пределах, которые на сегодня возможны.
Потому и разворачивается, в частности, диалог с Евросоюзом, сулящий белорусской стороне ряд осязаемых дивидендов (деньги от ЕС, ЕБРР и пр).
«Вытянуть Беларусь из геополитического поля России — это большая ставка, за это, с точки зрения ЕС, стоит платить», — поясняет Карбалевич логику нового (отметим: вызывающего у оппозиции недовольство, порождающего упреки в предательстве идеалов) подхода Брюсселя к белорусскому вопросу.
Однако и для укрепления экономической независимости белорусские власти должны пройти свою часть пути, весьма тернистую, иначе ни Брюссель, ни Вашингтон не спасут. Пока же Минск в основном загибает пальцы, перечисляя иностранцам свои желания. Но даже детское письмо Санта-Клаусу должно быть реалистичным, и вообще по правилам жанра мальчику/девочке следует показать прилежание, иначе желаемых подарков под елочкой не окажется.
Да, в Минске понимают порочность чрезмерной экономической привязки к восточной соседке. Министр иностранных дел Владимир Макей недавно открытым текстом сказал о желании Беларуси ослабить эту зависимость.
Однако лозунги многовекторности, диверсификации внешней политики и торговли повисают в воздухе без реальных реформ.
И после встречи с брюссельскими эмиссарами архитектор белорусской модели, заточенной под льготные энергоресурсы, снова собирается для ее спасения лететь за дозой поддержки в Москву. Для Владимира Путина у Лукашенко тоже наготове большой список пожеланий (кое-что было мягко артикулировано на пресс-конференции для российских журналистов 17 ноября и более жестко артикулировалось ранее).
И вот ведь какая закавыка: чем больше отжалеет Москва (причем выставляя свои условия за каждый скормленный витамин), тем призрачнее надежда на перестройку белорусской системы.