Путин ожидает от Лукашенко размещения своей авиабазы
Перенос встречи, планировавшейся на 25-26 ноября, на неопределенный срок свидетельствует о напряженности в отношениях Лукашенко и Путина.
Москву не устраивает то, что Беларусь запрашивает плату за многие действия, которые, по мнению Кремля, Минску следовало бы предпринять лишь исходя из факта военно-политических союзнических отношений. Если Минск действует из логики «база после четких гарантий о взаимовыгодном пакетном соглашении», то Москва – «создаём базу, как договаривались, а иные (в том числе, экономические) вопросы решаем отдельно».
О новых веяниях в белорусско-российских отношениях "Белорусской правде" рассказал эксперт BISS Андрей Елисеев.
- Путин из-за «занятости» отменил визит Лукашенко в Москву, запланированный на 25-26 ноября. После сбитого Турцией российского бомбардировщика Путин предпочел принять президента Франции Франсуа Олланда. А ведь Лукашенко вправе обидеться на такую «избирательность» российского руководителя.
- Проблема даже не в самом факте переноса – встреча с Франсуа Олландом стала приоритетной не на голом месте, а в связи со сбитым Турцией российским самолетом. Поскольку инцидент серьезный, то российская сторона могла дипломатично обосновать изменения в графике и попросить о переносе.
Проблема в том, что встреча была отложена до неопределенной даты, что явно указало на напряженность в отношениях между Александром Лукашенко и Владимиром Путиным. Это же подтвердила последовавшая встреча главы МИД Беларуси Владимира Макея и посла России в Беларуси Александра Сурикова. Получается, даты и Евразийского саммита, и двусторонней встречи Лукашенко и Путина согласовывают не непосредственно главы государств, а дипломаты двух стран в рамках формальной встречи.
Сложность в согласовании дат встречи добавляет отсутствие долгосрочного планирования встреч Высшего Евразийского экономического совета в рамках ЕАЭС. Если в рамках Европейского Союза точные даты ежеквартальных собраний Европейского Совета известны на год вперед, даты евразийских саммитов согласовываются практически в последний момент. Поскольку ряд важных вопросов (особенно насчет поставок нефти и распределения экспортных пошлин на нефтепродукты) Беларуси и России нужно согласовать до конца декабря, а времени остается совсем немного, то рациональным решением могла бы стать встреча Лукашенко и Путина после декабрьского евразийского саммита.
Однако в условиях несколько разлаженных отношений Лукашенко было бы выгодней провести двустороннюю встречу, чтобы расставить точки над «i», до проведения евразийской встречи. В случае неудачных двусторонних переговоров Лукашенко мог бы саботировать встречу Высшего Евразийского экономического совета либо повлиять на ее перенос на более поздний срок.
- Все «союзные мероприятия» – всего лишь ширма для решения белорусско-российских проблем. Для Минска сейчас наступила черная экономическая полоса: Лукашенко очень хочет получить 3-миллиардный кредит. Особенно если учесть, что МВФ достаточно прохладно отнесся к «реформам» Лукашенко. Шансы есть?
- Судя по заявлениям белорусских чиновников после заседания у Лукашенко по вопросу финансирования МВФ 1 декабря, предварительная готовность следовать условиям МВФ есть, а значит, и шансы получить кредит имеются. МВФ хочет видеть конкретную программу реформ и законодательные меры, в том числе предусматривающие повышение пенсионного возраста и повышение тарифов ЖКХ. Готовность Беларуси на договоренность с МВФ будет тем большая, чем меньшие будут шансы на получение кредита от Евразийского фонда стабилизации и развития (ЕФСР) и чем хуже будут условия в рамках нефтяных договоренностей с Россией. Решение Беларуси по программе МВФ будет зависеть, в том числе, от результатов ближайшей встречи Лукашенко и Путина. На ней главы стран могут согласовать перечень проблемных вопросов, и одним из пунктов такого пакетного соглашения могла бы стать поддержка Россией решения о предоставлении Минску кредита в рамках ЕФСР.
- Накануне нового 2016 года с Москвой нужно договориться о нефтепошлинах и новых условиях поставки российской нефти в Беларусь на предстоящие 4 года. Причем торговаться придется по нескольким принципиальным вопросам: по экспортным пошлинам на нефтепродукты в 2016 году, условиям поставки российской нефти на ближайшие 4 года и правилам игры на общем евразийском рынке нефти и нефтепродуктов. Каковы желания Минска и шансы на их достижение?
- В идеале, Беларусь хочет зафиксировать обеспечение максимальных годовых объемов поставок российской нефти (23 млн тонн) и договоренность о том, чтобы экспортные пошлины на нефтепродукты сохранялись в белорусском бюджете. Россия вряд ли согласится на полное перечисление экспортных пошлин на нефтепродукты в белорусский бюджет. Скорее всего, эта сумма будет делиться наполовину между Беларусью и Россией.
- Если официальный Минск лелеет экономические надежды, то в чем интерес Кремля? Какую цену запросит за новые преференции «союзнику» Россия?
- Интерес Кремля в том, чтобы сохранить контроль над Беларусью в экономическом и политическом отношении. Москву не устраивает то, что Беларусь запрашивает плату за многие действия, которые, по мнению Кремля, Минску следовало бы предпринять лишь исходя из факта военно-политических союзнических отношений. В настоящее время Россия, прежде всего, ожидает от Беларуси размещения своей авиабазы.
- Один из главных вопросов перенесенных переговоров – российская авиабаза в Беларуси, которая, по версии российской стороны, заработает уже с 1 января 2016 года, а если верить белорусской стороне – переговоры об авиабазе никогда не велись. Какая тайна кроется за публичной несогласованностью заявлений руководства РБ и РФ, а возможно, и действий?
- Естественно, переговоры по большему военному присутствию России в Беларуси велись, и проект соглашения никак не мог стать единоличным творением России, в том числе от имени Беларуси. Скорее всего, белорусская сторона считала естественным, что впоследствии Россия предложит конкретные финансовые бонусы за размещение военного объекта. Однако российская сторона придерживается другого видения и логики отношений: она не желает увязывать вопрос в сфере военного сотрудничества с разнообразными экономическими преференциями. То есть, Минск действует из логики «база после четких гарантий о взаимовыгодном пакетном соглашении», а Москва – «создаём базу, как договаривались, а иные (в том числе, экономические) вопросы решаем отдельно».
- Так быть или не быть российской авиабазе в Беларуси? Готова ли Москва отказаться от авиабазы, а Минск – воспротивиться ее появлению?
- Учитывая большую зависимость Беларуси от России, Минску реалистично лишь оттянуть сроки её создания или несколько изменить её формат.
Москву не устраивает то, что Беларусь запрашивает плату за многие действия, которые, по мнению Кремля, Минску следовало бы предпринять лишь исходя из факта военно-политических союзнических отношений. Если Минск действует из логики «база после четких гарантий о взаимовыгодном пакетном соглашении», то Москва – «создаём базу, как договаривались, а иные (в том числе, экономические) вопросы решаем отдельно».
О новых веяниях в белорусско-российских отношениях "Белорусской правде" рассказал эксперт BISS Андрей Елисеев.
- Путин из-за «занятости» отменил визит Лукашенко в Москву, запланированный на 25-26 ноября. После сбитого Турцией российского бомбардировщика Путин предпочел принять президента Франции Франсуа Олланда. А ведь Лукашенко вправе обидеться на такую «избирательность» российского руководителя.
- Проблема даже не в самом факте переноса – встреча с Франсуа Олландом стала приоритетной не на голом месте, а в связи со сбитым Турцией российским самолетом. Поскольку инцидент серьезный, то российская сторона могла дипломатично обосновать изменения в графике и попросить о переносе.
Проблема в том, что встреча была отложена до неопределенной даты, что явно указало на напряженность в отношениях между Александром Лукашенко и Владимиром Путиным. Это же подтвердила последовавшая встреча главы МИД Беларуси Владимира Макея и посла России в Беларуси Александра Сурикова. Получается, даты и Евразийского саммита, и двусторонней встречи Лукашенко и Путина согласовывают не непосредственно главы государств, а дипломаты двух стран в рамках формальной встречи.
Сложность в согласовании дат встречи добавляет отсутствие долгосрочного планирования встреч Высшего Евразийского экономического совета в рамках ЕАЭС. Если в рамках Европейского Союза точные даты ежеквартальных собраний Европейского Совета известны на год вперед, даты евразийских саммитов согласовываются практически в последний момент. Поскольку ряд важных вопросов (особенно насчет поставок нефти и распределения экспортных пошлин на нефтепродукты) Беларуси и России нужно согласовать до конца декабря, а времени остается совсем немного, то рациональным решением могла бы стать встреча Лукашенко и Путина после декабрьского евразийского саммита.
Однако в условиях несколько разлаженных отношений Лукашенко было бы выгодней провести двустороннюю встречу, чтобы расставить точки над «i», до проведения евразийской встречи. В случае неудачных двусторонних переговоров Лукашенко мог бы саботировать встречу Высшего Евразийского экономического совета либо повлиять на ее перенос на более поздний срок.
- Все «союзные мероприятия» – всего лишь ширма для решения белорусско-российских проблем. Для Минска сейчас наступила черная экономическая полоса: Лукашенко очень хочет получить 3-миллиардный кредит. Особенно если учесть, что МВФ достаточно прохладно отнесся к «реформам» Лукашенко. Шансы есть?
- Судя по заявлениям белорусских чиновников после заседания у Лукашенко по вопросу финансирования МВФ 1 декабря, предварительная готовность следовать условиям МВФ есть, а значит, и шансы получить кредит имеются. МВФ хочет видеть конкретную программу реформ и законодательные меры, в том числе предусматривающие повышение пенсионного возраста и повышение тарифов ЖКХ. Готовность Беларуси на договоренность с МВФ будет тем большая, чем меньшие будут шансы на получение кредита от Евразийского фонда стабилизации и развития (ЕФСР) и чем хуже будут условия в рамках нефтяных договоренностей с Россией. Решение Беларуси по программе МВФ будет зависеть, в том числе, от результатов ближайшей встречи Лукашенко и Путина. На ней главы стран могут согласовать перечень проблемных вопросов, и одним из пунктов такого пакетного соглашения могла бы стать поддержка Россией решения о предоставлении Минску кредита в рамках ЕФСР.
- Накануне нового 2016 года с Москвой нужно договориться о нефтепошлинах и новых условиях поставки российской нефти в Беларусь на предстоящие 4 года. Причем торговаться придется по нескольким принципиальным вопросам: по экспортным пошлинам на нефтепродукты в 2016 году, условиям поставки российской нефти на ближайшие 4 года и правилам игры на общем евразийском рынке нефти и нефтепродуктов. Каковы желания Минска и шансы на их достижение?
- В идеале, Беларусь хочет зафиксировать обеспечение максимальных годовых объемов поставок российской нефти (23 млн тонн) и договоренность о том, чтобы экспортные пошлины на нефтепродукты сохранялись в белорусском бюджете. Россия вряд ли согласится на полное перечисление экспортных пошлин на нефтепродукты в белорусский бюджет. Скорее всего, эта сумма будет делиться наполовину между Беларусью и Россией.
- Если официальный Минск лелеет экономические надежды, то в чем интерес Кремля? Какую цену запросит за новые преференции «союзнику» Россия?
- Интерес Кремля в том, чтобы сохранить контроль над Беларусью в экономическом и политическом отношении. Москву не устраивает то, что Беларусь запрашивает плату за многие действия, которые, по мнению Кремля, Минску следовало бы предпринять лишь исходя из факта военно-политических союзнических отношений. В настоящее время Россия, прежде всего, ожидает от Беларуси размещения своей авиабазы.
- Один из главных вопросов перенесенных переговоров – российская авиабаза в Беларуси, которая, по версии российской стороны, заработает уже с 1 января 2016 года, а если верить белорусской стороне – переговоры об авиабазе никогда не велись. Какая тайна кроется за публичной несогласованностью заявлений руководства РБ и РФ, а возможно, и действий?
- Естественно, переговоры по большему военному присутствию России в Беларуси велись, и проект соглашения никак не мог стать единоличным творением России, в том числе от имени Беларуси. Скорее всего, белорусская сторона считала естественным, что впоследствии Россия предложит конкретные финансовые бонусы за размещение военного объекта. Однако российская сторона придерживается другого видения и логики отношений: она не желает увязывать вопрос в сфере военного сотрудничества с разнообразными экономическими преференциями. То есть, Минск действует из логики «база после четких гарантий о взаимовыгодном пакетном соглашении», а Москва – «создаём базу, как договаривались, а иные (в том числе, экономические) вопросы решаем отдельно».
- Так быть или не быть российской авиабазе в Беларуси? Готова ли Москва отказаться от авиабазы, а Минск – воспротивиться ее появлению?
- Учитывая большую зависимость Беларуси от России, Минску реалистично лишь оттянуть сроки её создания или несколько изменить её формат.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
