Если в ситуацию в Армении вмешается Россия, произойдет вспышка, после которой революция будет неизбежна
Протесты в Армении развиваются по украинскому сценарию, однако между Майданом-2013 и проспектом Баграмяна – 2015 есть существенная разница, а риск того, что мирные митинги под социальными лозунгами в Армении перерастут в кровавую бойню, очень велик. Об этом в комментарии "ГОРДОН" рассказал политический эксперт Тарас Черновил.
- Армения — страна маленькая, и все акции протеста сводятся к центру столицы, где, как правило, перед дворцом президента или около парламента происходят основные стихийные события. Там все произошло стихийно, и людей, которые пробовали выкрикивать политические лозунги, выталкивали из толпы. Первые появившиеся организаторы появились из профсоюзной среды, они в свое время были активистами в различных социальных движениях. Вокруг них уже на ходу стала образовываться структура, непосредственно на месте.
Возможности для усиления протестов были не слишком высоки. И в этой ситуации власть сделала самое глупое, что может, — разогнала митинг, избила людей с применением водометов. Причем это были люди, которые не шли ничего штурмовать.
Армянская власть, копируя Януковича, попыталась задушить в корне социальный протест и получила митинг, который уже частично носит политический характер, к которому присоединились представители культуры и оппозиционные депутаты. Начался процесс, который может завершиться очень серьезно.
В Армении типичный режим российского образца. Кто не за власть, у того права голоса нет. Эти условия чем-то напоминают украинский Майдан. Но когда в Украине начинался Майдан, Украина была глубоко демилитаризированным обществом. Не было очень много людей, которые бы владели оружием или были бы готовы его применить, не было традиции вооруженного противостояния на протяжении последних десятилетий.
А теперь посмотрим на Армению. В нагорно-карабахском конфликте маленькая Армения и эта Карабахская область сумели при помощи российской военной техники победить мощную армию Азербайджана, который изначально был намного сильнее как государство и плотнее заселен, чем Армения. В Армении есть значительный военный арсенал, который позволяет стране выдерживать приграничные конфликты с Азербайджаном, кроме того, у населения есть большое количество оружия на руках.
Если этого не произойдет, то этот конфликт, возможно, будет продолжаться долго и ослабит нынешнюю армянскую власть и влияние России, но не приведет к каким-то категорическим последствиям.
В Армении в начале 90-х проходило противостояние двух разных по ментальности политических групп. Первую группу можно охарактеризовать как демократов, которых представлял в первую очередь Паруйр Айрикян – известный диссидент, друг моего отца. Он приезжал в Киев не один раз и был на митингах "Руха". Ей противостояла группа, которую создал в свое время первый президент Левон Тер-Петросян, объединенная идеей Нагорного Карабаха. “Карабахская” группа была значительно мощнее. Ее поддерживали в основном выходцы из этого региона или те, кто принимал участие в боевых действиях. Все они были очень хорошо вооружены и готовы к столкновениям, но эта группа союзнически относилась к России.
Айрикян, в свою очередь, говорил: “Чтобы раз и навсегда окончательно оторваться от России, надо пожертвовать многим. Возможно, и частью Карабаха”.
Собственно, тут речь шла не о самом Нагорном Карабахе, а об окружающих территориях. Во время войны Армения умудрилась захватить, кроме Карабаха, территорию, равную двум третьим площади региона. Это полностью азербайджанские земли, которые не принадлежат Нагорно-Карабахской области. Айрикян же настаивал, что главное – оторваться от России, а поэтому можно многим пожертвовать. Когда шла эта дискуссия, он проиграл, потому что те, у кого было больше оружия и пассионарности, были за то, чтобы сохранить свою территорию.
Главный враг Армении на данный момент не Россия, а Азербайджан. Но если сегодня “карабахская” группа в армянской политике переориентируется и восстанет против России (а они могут это сделать, потому что Карабах более-менее укреплен, и они уверены, что там у них все в порядке), то очень вероятно, что в митингах начнут брать активное участие не только демократы или социально обиженные, но и несколько сотен тысяч до зубов вооруженных людей, готовых убивать. Если для них Россия и своя собственная власть станет большим врагом, чем Азербайджан, начнется кровавая бойня.
- Армения — страна маленькая, и все акции протеста сводятся к центру столицы, где, как правило, перед дворцом президента или около парламента происходят основные стихийные события. Там все произошло стихийно, и людей, которые пробовали выкрикивать политические лозунги, выталкивали из толпы. Первые появившиеся организаторы появились из профсоюзной среды, они в свое время были активистами в различных социальных движениях. Вокруг них уже на ходу стала образовываться структура, непосредственно на месте.
Это все могло бы заглохнуть очень спокойно, если бы на 100% не повторился украинский сценарий. Давайте вспомним: митинг, который носит чисто социальный характер: у нас он был за евроинтеграцию, – уже захлебывается, потому что власть на него не реагирует, добиться чего-либо сложно, и надежды на результат немного. И вдруг — дикий разгон.
Возможности для усиления протестов были не слишком высоки. И в этой ситуации власть сделала самое глупое, что может, — разогнала митинг, избила людей с применением водометов. Причем это были люди, которые не шли ничего штурмовать.
Армянская власть, копируя Януковича, попыталась задушить в корне социальный протест и получила митинг, который уже частично носит политический характер, к которому присоединились представители культуры и оппозиционные депутаты. Начался процесс, который может завершиться очень серьезно.
В Армении типичный режим российского образца. Кто не за власть, у того права голоса нет. Эти условия чем-то напоминают украинский Майдан. Но когда в Украине начинался Майдан, Украина была глубоко демилитаризированным обществом. Не было очень много людей, которые бы владели оружием или были бы готовы его применить, не было традиции вооруженного противостояния на протяжении последних десятилетий.
А теперь посмотрим на Армению. В нагорно-карабахском конфликте маленькая Армения и эта Карабахская область сумели при помощи российской военной техники победить мощную армию Азербайджана, который изначально был намного сильнее как государство и плотнее заселен, чем Армения. В Армении есть значительный военный арсенал, который позволяет стране выдерживать приграничные конфликты с Азербайджаном, кроме того, у населения есть большое количество оружия на руках.
Нынешняя армянская власть не очень твердо держится, оппозиция там слабая, но недовольство на социальной почве очень высоко. Поэтому вероятность большого Майдана там очень высока. Высока опасность того, что если дело дойдет до серьезных столкновений, то в ситуацию вмешается Россия. Если это произойдет, то это будет колоссальная вспышка, после которой революция там неизбежна.
Если этого не произойдет, то этот конфликт, возможно, будет продолжаться долго и ослабит нынешнюю армянскую власть и влияние России, но не приведет к каким-то категорическим последствиям.
В Армении в начале 90-х проходило противостояние двух разных по ментальности политических групп. Первую группу можно охарактеризовать как демократов, которых представлял в первую очередь Паруйр Айрикян – известный диссидент, друг моего отца. Он приезжал в Киев не один раз и был на митингах "Руха". Ей противостояла группа, которую создал в свое время первый президент Левон Тер-Петросян, объединенная идеей Нагорного Карабаха. “Карабахская” группа была значительно мощнее. Ее поддерживали в основном выходцы из этого региона или те, кто принимал участие в боевых действиях. Все они были очень хорошо вооружены и готовы к столкновениям, но эта группа союзнически относилась к России.
Айрикян, в свою очередь, говорил: “Чтобы раз и навсегда окончательно оторваться от России, надо пожертвовать многим. Возможно, и частью Карабаха”.
Собственно, тут речь шла не о самом Нагорном Карабахе, а об окружающих территориях. Во время войны Армения умудрилась захватить, кроме Карабаха, территорию, равную двум третьим площади региона. Это полностью азербайджанские земли, которые не принадлежат Нагорно-Карабахской области. Айрикян же настаивал, что главное – оторваться от России, а поэтому можно многим пожертвовать. Когда шла эта дискуссия, он проиграл, потому что те, у кого было больше оружия и пассионарности, были за то, чтобы сохранить свою территорию.
Главный враг Армении на данный момент не Россия, а Азербайджан. Но если сегодня “карабахская” группа в армянской политике переориентируется и восстанет против России (а они могут это сделать, потому что Карабах более-менее укреплен, и они уверены, что там у них все в порядке), то очень вероятно, что в митингах начнут брать активное участие не только демократы или социально обиженные, но и несколько сотен тысяч до зубов вооруженных людей, готовых убивать. Если для них Россия и своя собственная власть станет большим врагом, чем Азербайджан, начнется кровавая бойня.