Дашкевич: Ты не имеешь права интересы Беларуси ставить выше семьи
В новом выпуске проекта «ТОК» бывший политзаключенный и лидер «Молодого фронта» Змитер Дашкевич поделился очень личными и болезненными моментами, которые он пережил в заключении.
![]()
Змитер Дашкевич вспомнил случай, о котором узнал из письма, которое ему написала жена Наста. По его словам, этот случай «просто сбил с ног» его и заставил переоценить свою жизнь.
В своем письме Наста рассказала о случайной встрече с соседкой, которая посочувствовала, как ей тяжело одной справляться с детьми, пока муж за решеткой. Наста согласилась, что со Змитром было проще. Но их сын Давид, которому тогда было около 7 лет, возразил матери: «Неправда, папа когда был с нами, он все время писал письма».
По словам Змитра, главной наукой последних лет стало понимание: «Ты не имеешь права интересы Беларуси и Беларусь ставить выше семьи. Первое, что ты должен делать, и первое, ради чего ты должен жертвовать, — это для своей семьи. И только после этого ты можешь что-то делать для Беларуси».
![]()
Дашкевич признается: после приговора в 2022‑м ему еще казалось, что можно просто отсидеть срок и вернуться домой, что террор закончится сам собой. Однако за несколько лет заключения было много дней, которые он называл «самый ужасный день в моей жизни». И этими днями были дни, когда его переарестовывали в тот момент, когда он должен был выйти на свободу.
Змитер Дашкевич вспомнил случай, о котором узнал из письма, которое ему написала жена Наста. По его словам, этот случай «просто сбил с ног» его и заставил переоценить свою жизнь.
В своем письме Наста рассказала о случайной встрече с соседкой, которая посочувствовала, как ей тяжело одной справляться с детьми, пока муж за решеткой. Наста согласилась, что со Змитром было проще. Но их сын Давид, которому тогда было около 7 лет, возразил матери: «Неправда, папа когда был с нами, он все время писал письма».
«Меня это так ударило в камере. Понимаешь, вот что ребенок запомнил, как он это переживал. Тебе кажется, это святое дело, надо написать людям, поддержать, а ты пренебрег своим ребенком. И он вспоминает там через год: «Папа письма писал». Он хотел, может, где-то там поиграть или чтобы я ему время посвятил, а я все свободное время после работы садился и писал. (…)
Это понимание годами ко мне приходило, насколько семья важнее любого активизма. Если ты пренебрег своей семьей своим активизмом — это все напрасно, это может быть неправильное вложение.
Хотя тебе кажется, что ты делаешь святое и важное дело. И оно действительно святое и важное. Но ты не имеешь права, ты не можешь его делать ценой своей семьи. Я, к сожалению, часто в этом грешил. Ценой своей семьи я боролся за Беларусь и посвящал себя борцам».
Это понимание годами ко мне приходило, насколько семья важнее любого активизма. Если ты пренебрег своей семьей своим активизмом — это все напрасно, это может быть неправильное вложение.
Хотя тебе кажется, что ты делаешь святое и важное дело. И оно действительно святое и важное. Но ты не имеешь права, ты не можешь его делать ценой своей семьи. Я, к сожалению, часто в этом грешил. Ценой своей семьи я боролся за Беларусь и посвящал себя борцам».
По словам Змитра, главной наукой последних лет стало понимание: «Ты не имеешь права интересы Беларуси и Беларусь ставить выше семьи. Первое, что ты должен делать, и первое, ради чего ты должен жертвовать, — это для своей семьи. И только после этого ты можешь что-то делать для Беларуси».
Семья Дашкевичей. Фото: zmitser_dashkevich / Instagram
Дашкевич признается: после приговора в 2022‑м ему еще казалось, что можно просто отсидеть срок и вернуться домой, что террор закончится сам собой. Однако за несколько лет заключения было много дней, которые он называл «самый ужасный день в моей жизни». И этими днями были дни, когда его переарестовывали в тот момент, когда он должен был выйти на свободу.
«Вот я должен был выходить, жена, дети ждут меня дома. Мне браслеты на руки на КП. «Дети, папа ваш сегодня не придет». Дети в слезы: «А завтра?» — «И завтра не придет». — «А когда придет?» Это были страшные, страшные дни. Ну, мы все прошли, слава Богу.
И спасибо каждому человеку, который поддерживал нас, молился, кормил нашу семью, помогал. Это многие-многие люди, которые несли со мной этот крест, которые растили моих деток, поддерживая и находясь в Беларуси, и находясь в изгнании», — говорит бывший политзаключенный.
И спасибо каждому человеку, который поддерживал нас, молился, кормил нашу семью, помогал. Это многие-многие люди, которые несли со мной этот крест, которые растили моих деток, поддерживая и находясь в Беларуси, и находясь в изгнании», — говорит бывший политзаключенный.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
