Силовики редко допрашивают об участии в протестах
В Беларуси продолжаются политически мотивированные суды и растет список «экстремистских материалов». Между тем силовики рассказали, что собрали более 25 Тбайтов фотографий и видео, на которых зафиксированы участники протестов, и что таких материалов может быть достаточно для «прямых доказательств» против обвиняемого по ст. 342 Уголовного кодекса. Хроника репрессий 13 декабря.
Признаки «политического» преступления выявляет сотрудник органов дознания, когда проводит оперативно-розыскные действия, или следователь при расследовании уголовного дела. Силовики пользуются методом OSINT (по открытым источникам), чтобы найти информацию о потенциальных фигурантах, а также биометрической системой идентификации и распознавания лиц Kipod. Сейчас они еще и активно подключают к работе искусственный интеллект.
{banner_300x300_news_2}
Об этом рассказал Аркадий Третьяков, аспирант БГУ, директор Гомельского филиала РУП предприятия по оказанию услуг «Белюрсобеспечение» в статье журнала «Юстиция Беларуси», пишет издание Hrodna.life.
Он рассказал, силовики изначально придавали особое значение фото- и видеоматериалам как источнику прямых доказательств. Поэтому при обысках и осмотрах у задержанных обязательно изымали телефоны, компьютеры и другую технику.
Всего разными путями они собрали более 25 Тбайт фото и видео, через которые уже «установили значительное количество» протестующих.
Откуда столько материалов? По словам Третьякова, во-первых, 2020 году протестующих снимали правоохранители. Во-вторых, многие беларусы сами фотографировали и записывали на видео себя и других, а после выкладывали это в соцсети или отправляли через мессенджеры.
Вот еще несколько источников:
мониторинг новостей и репортажей в СМИ;
записи с камер видеонаблюдения на объектах инфраструктуры;
память мобильных устройств, видеорегистраторов и других носителей;
«протестные» телеграм-каналы.
Также службы обращаются за информацией к операторам сотовой связи, в том запрашивают детализацию телефонных соединений абонента.
А вот допрашивают свидетелей и потерпевших по 342-й статье УК редко.
Помимо этого, силовики устанавливают мотивы, цели и идеологические взгляды подозреваемого, эти сведения впоследствии «вместе с информацией по результатам изучения личности обвиняемого» становятся основой «преступления».
Семейную пару из Дрогичинского района, которые жили рядом с границей в Брестской области, обвинили в «терроризме» и осудили за помощь Украине. Ольгу и Дмитрия Капузов задержали 16 января 2024 года вместе с еще 10 жителями деревни якобы за контрабанду из Украины, а также сотрудничества с СБУ. По словам правозащитников, сотрудники КГБ действовали брутально, Дмитрию прострелили бедро, а его брата били по голове.
Суд над супругами был закрытым. Теперь стало известно, что судья приговорил Ольгу к 21 году колонии, а ее мужа Дмитрия – у 24 годам. Кроме этого паре дали огромные штрафы.
В список «экстремистских материалов» добавили группу диаспоры в Польше – страницу «Беларусы любви, Легницы и ближайших окрестностей» в Facebook и инстаграм-аккаунт бывшего члена ОПК, главы Агентства евроатлантического сотрудничества Валерия Ковалевского. Как сообщает «Вясна», «экстремистскими» на 13 января также признали:
аккаунт vitaliovitalini в Instagram;
страницы в Instagram и в «Вконтакте»: jak_toi_rerzha Vital Nazarevic Artist (Выцiнанка Papercut)», «Vital Nazarevic/ Выцiнанка Papercut»;
People's Embassy of Belarus in Lithuania, Embaixada Popular de Belarus no Brasil в соцсети «Х».
Как ищут участников протестов
Признаки «политического» преступления выявляет сотрудник органов дознания, когда проводит оперативно-розыскные действия, или следователь при расследовании уголовного дела. Силовики пользуются методом OSINT (по открытым источникам), чтобы найти информацию о потенциальных фигурантах, а также биометрической системой идентификации и распознавания лиц Kipod. Сейчас они еще и активно подключают к работе искусственный интеллект.
{banner_300x300_news_2}
Об этом рассказал Аркадий Третьяков, аспирант БГУ, директор Гомельского филиала РУП предприятия по оказанию услуг «Белюрсобеспечение» в статье журнала «Юстиция Беларуси», пишет издание Hrodna.life.
Он рассказал, силовики изначально придавали особое значение фото- и видеоматериалам как источнику прямых доказательств. Поэтому при обысках и осмотрах у задержанных обязательно изымали телефоны, компьютеры и другую технику.
Всего разными путями они собрали более 25 Тбайт фото и видео, через которые уже «установили значительное количество» протестующих.
Откуда столько материалов? По словам Третьякова, во-первых, 2020 году протестующих снимали правоохранители. Во-вторых, многие беларусы сами фотографировали и записывали на видео себя и других, а после выкладывали это в соцсети или отправляли через мессенджеры.
Вот еще несколько источников:
мониторинг новостей и репортажей в СМИ;
записи с камер видеонаблюдения на объектах инфраструктуры;
память мобильных устройств, видеорегистраторов и других носителей;
«протестные» телеграм-каналы.
Также службы обращаются за информацией к операторам сотовой связи, в том запрашивают детализацию телефонных соединений абонента.
А вот допрашивают свидетелей и потерпевших по 342-й статье УК редко.
«Что вполне закономерно, ведь факт совершения преступления выявлен, как правило, в результате обработки компьютерной информации», – говорится в тексте.
Помимо этого, силовики устанавливают мотивы, цели и идеологические взгляды подозреваемого, эти сведения впоследствии «вместе с информацией по результатам изучения личности обвиняемого» становятся основой «преступления».
Что на этот день еще известно о политическом преследовании беларусов
Семейную пару из Дрогичинского района, которые жили рядом с границей в Брестской области, обвинили в «терроризме» и осудили за помощь Украине. Ольгу и Дмитрия Капузов задержали 16 января 2024 года вместе с еще 10 жителями деревни якобы за контрабанду из Украины, а также сотрудничества с СБУ. По словам правозащитников, сотрудники КГБ действовали брутально, Дмитрию прострелили бедро, а его брата били по голове.
Ольга и Дмитрий Капузы. Фото: «Вясна»
Суд над супругами был закрытым. Теперь стало известно, что судья приговорил Ольгу к 21 году колонии, а ее мужа Дмитрия – у 24 годам. Кроме этого паре дали огромные штрафы.
В список «экстремистских материалов» добавили группу диаспоры в Польше – страницу «Беларусы любви, Легницы и ближайших окрестностей» в Facebook и инстаграм-аккаунт бывшего члена ОПК, главы Агентства евроатлантического сотрудничества Валерия Ковалевского. Как сообщает «Вясна», «экстремистскими» на 13 января также признали:
аккаунт vitaliovitalini в Instagram;
страницы в Instagram и в «Вконтакте»: jak_toi_rerzha Vital Nazarevic Artist (Выцiнанка Papercut)», «Vital Nazarevic/ Выцiнанка Papercut»;
People's Embassy of Belarus in Lithuania, Embaixada Popular de Belarus no Brasil в соцсети «Х».