Беларуси нужен кризис-менеджер, а не обычный “вертикальщик“
То, что страна переживает системный кризис понятно уже всем, даже во власти. Надежды на то, что ситуация со временем "рассосется" сама по себе тоже умерла, правда во власти еще не у всех, похоже. Значит процессом выхода из кризиса нужно управлять, а для этого нужны кризис-менеджеры. Между тем, это управленцы, отличающиеся от обычных, и к тому же довольно редкие. В мире, к слову, это поняли уже давно.
Вот типичная цитата от гуру футурологии: "Бизнес также нуждается в разном поведении во время обычных операций и в период кризиса. На самом деле, сегодня многие фирмы создают кризисные центры, разрабатывают планы непредвиденных обстоятельств и устройства перехода на аварийный режим. Но мало таких, которые реально учат всех своих работников действовать двумя контрастирующими способами. Нынешняя концепция кризисного менеджмента должна создать «теневой менеджмент», который ждет в резерве, готовый в чрезвычайных обстоятельствах взять на себя власть. Его способность это сделать во многом зависит от доступа к информации и контроля над коммуникациями. По мере того как мы все дальше продвигаемся в период быстрого экономического и политического развития, неравномерно перемежающегося технологическими достижениями и катастрофами, мы можем ожидать, что кризисы будут следовать один за другим – начиная от нападений террористов и падения производства до внезапных международных кризисов. Но увеличивающаяся вероятность кризиса в период революционных перемен наводит на мысль, что мы увидим, как кризисные команды и двуликие организации распространяются в мире бизнеса и становятся обычной частью гибкой фирмы завтрашнего дня" (А.Тоффлер. "Метаморфозы власти", 1990).
Как видим, и кризисы были уже давно предсказаны и даже то, что обычные управленцы не смогут с ними справиться. Для управления в условиях кризиса нужен особый тип менеджеров, которых у нас, к сожалению, нет, во всяком случае, не видно. Впрочем, их и в мире немного, но нам от этого не легче. И все же попробуем хотя бы оценить, чем кризис-менеджер отличается от обычного белорусского "вертикальщика".
Например, хороший кризис-менеждер должен обладать определенной жесткостью и решительностью, но решительностью в проведении перемен, а не жесткостью в сохранении "стабильности" любой ценой. Так Петра I можно назвать хорошим кризис-менеджером, а, например, Ивана Грозного – вряд ли. При Петре страна вошла в ряд ведущих мировых держав и довольно долго после него сохраняла этот статус, используя петровское наследие. Иван Грозный только сохранил "стабильность", пролив для этого немало крови. Но после него страна практически сразу же погрузилась в смуту и чуть не погибла. Даже в Кремле какое-то время "сидели" иноземцы. То есть настоящий кризис-менеджер – не стабилизатор, а реформатор, пусть иногда и жесткий. Оно и понятно: раз мы имеем кризис – неважно, отдельного предприятия это касается или страны в целом, – кризис-менеджер должен этот кризис разрешить, а не "стабилизировать".
Горбачев был не самым лучшим кризис-менеджером по другой причине. Да, он понял необходимость реформ и даже начал их, но не смог удержать управление этими реформами. А менеджмент – это управление в переходе.
Советские управленцы были прекрасными, если так можно выразиться, стабилизаторами кризиса, но не кризис-менеджерами. Винить их за это трудно. Реформировать производство, сбыт, да и вообще что-либо им было запрещено. Чтобы, скажем, минимально изменить покрой выпускаемых трусов, например, нужны были многомесячные согласования на самом "верху". Ну, план еще можно было "скорректировать" там же. О структурных изменениях никто старался не задумываться, поскольку "жить все же хотелось", хоть бы так, как жили. На Колыме было еще хуже. В то же время обеспечивать функционирование предприятий надо было любой ценой – вот и стали советские управленцы выдающимися стабилизаторами кризиса. А вот кризис-менеджеров в стране не было, последние годы СССР и его судьба это подтвердили.
У нас кризис-менеджеры тоже не появились. Так что стабилизаторами кризиса являются и белорусские управленцы, прямые наследники советских. Вот в заслугу и нашему руководству ставят то, что в "лихие 90-е" они "!все сохранили, ничего не разрушили". Раньше и я, как советский по сути человек, считал это большой заслугой. Однако, ознакомившись поближе с работой настоящих кризис-менеджеров, понял, что это не заслуга. Все сохранить в условиях кризиса – это значит сохранить и сам кризис. Правда, все разрушить – это уже хаос. Задача кризис-менеджера – "пройти по лезвию". Провести необходимые для выхода из кризиса изменения и в то же время не допустить срыва в хаос. Это мало кто умеет, а у нас пока – никто.
Таким образом, можно констатировать, что кризис-менеджер – это очень сложная профессия, может быть самая сложная из руководящих профессий. Ведь одно дело руководить отлаженным стабильным бизнесом (страной) и совсем другое – руководить ими во времена кризиса. Тут большинство обычных менеджеров теряется. Одни устраивают "стабилизец", добиваясь его методами Ивана Грозного и нашего руководства, другие начинают разрушать все и вся, объявляя это реформированием, но быстро теряют контроль над процессом. Однако без внятного кризис-менеджмента нам из кризиса не выйти. Найти хороших или хотя бы сносных кризисных управляющих – задача куда более важная, чем получить очередной кредит, который может только оттянуть «гибель», но не исправить ситуацию.
Вот типичная цитата от гуру футурологии: "Бизнес также нуждается в разном поведении во время обычных операций и в период кризиса. На самом деле, сегодня многие фирмы создают кризисные центры, разрабатывают планы непредвиденных обстоятельств и устройства перехода на аварийный режим. Но мало таких, которые реально учат всех своих работников действовать двумя контрастирующими способами. Нынешняя концепция кризисного менеджмента должна создать «теневой менеджмент», который ждет в резерве, готовый в чрезвычайных обстоятельствах взять на себя власть. Его способность это сделать во многом зависит от доступа к информации и контроля над коммуникациями. По мере того как мы все дальше продвигаемся в период быстрого экономического и политического развития, неравномерно перемежающегося технологическими достижениями и катастрофами, мы можем ожидать, что кризисы будут следовать один за другим – начиная от нападений террористов и падения производства до внезапных международных кризисов. Но увеличивающаяся вероятность кризиса в период революционных перемен наводит на мысль, что мы увидим, как кризисные команды и двуликие организации распространяются в мире бизнеса и становятся обычной частью гибкой фирмы завтрашнего дня" (А.Тоффлер. "Метаморфозы власти", 1990).
Как видим, и кризисы были уже давно предсказаны и даже то, что обычные управленцы не смогут с ними справиться. Для управления в условиях кризиса нужен особый тип менеджеров, которых у нас, к сожалению, нет, во всяком случае, не видно. Впрочем, их и в мире немного, но нам от этого не легче. И все же попробуем хотя бы оценить, чем кризис-менеджер отличается от обычного белорусского "вертикальщика".
Например, хороший кризис-менеждер должен обладать определенной жесткостью и решительностью, но решительностью в проведении перемен, а не жесткостью в сохранении "стабильности" любой ценой. Так Петра I можно назвать хорошим кризис-менеджером, а, например, Ивана Грозного – вряд ли. При Петре страна вошла в ряд ведущих мировых держав и довольно долго после него сохраняла этот статус, используя петровское наследие. Иван Грозный только сохранил "стабильность", пролив для этого немало крови. Но после него страна практически сразу же погрузилась в смуту и чуть не погибла. Даже в Кремле какое-то время "сидели" иноземцы. То есть настоящий кризис-менеджер – не стабилизатор, а реформатор, пусть иногда и жесткий. Оно и понятно: раз мы имеем кризис – неважно, отдельного предприятия это касается или страны в целом, – кризис-менеджер должен этот кризис разрешить, а не "стабилизировать".
Горбачев был не самым лучшим кризис-менеджером по другой причине. Да, он понял необходимость реформ и даже начал их, но не смог удержать управление этими реформами. А менеджмент – это управление в переходе.
Советские управленцы были прекрасными, если так можно выразиться, стабилизаторами кризиса, но не кризис-менеджерами. Винить их за это трудно. Реформировать производство, сбыт, да и вообще что-либо им было запрещено. Чтобы, скажем, минимально изменить покрой выпускаемых трусов, например, нужны были многомесячные согласования на самом "верху". Ну, план еще можно было "скорректировать" там же. О структурных изменениях никто старался не задумываться, поскольку "жить все же хотелось", хоть бы так, как жили. На Колыме было еще хуже. В то же время обеспечивать функционирование предприятий надо было любой ценой – вот и стали советские управленцы выдающимися стабилизаторами кризиса. А вот кризис-менеджеров в стране не было, последние годы СССР и его судьба это подтвердили.
У нас кризис-менеджеры тоже не появились. Так что стабилизаторами кризиса являются и белорусские управленцы, прямые наследники советских. Вот в заслугу и нашему руководству ставят то, что в "лихие 90-е" они "!все сохранили, ничего не разрушили". Раньше и я, как советский по сути человек, считал это большой заслугой. Однако, ознакомившись поближе с работой настоящих кризис-менеджеров, понял, что это не заслуга. Все сохранить в условиях кризиса – это значит сохранить и сам кризис. Правда, все разрушить – это уже хаос. Задача кризис-менеджера – "пройти по лезвию". Провести необходимые для выхода из кризиса изменения и в то же время не допустить срыва в хаос. Это мало кто умеет, а у нас пока – никто.
Таким образом, можно констатировать, что кризис-менеджер – это очень сложная профессия, может быть самая сложная из руководящих профессий. Ведь одно дело руководить отлаженным стабильным бизнесом (страной) и совсем другое – руководить ими во времена кризиса. Тут большинство обычных менеджеров теряется. Одни устраивают "стабилизец", добиваясь его методами Ивана Грозного и нашего руководства, другие начинают разрушать все и вся, объявляя это реформированием, но быстро теряют контроль над процессом. Однако без внятного кризис-менеджмента нам из кризиса не выйти. Найти хороших или хотя бы сносных кризисных управляющих – задача куда более важная, чем получить очередной кредит, который может только оттянуть «гибель», но не исправить ситуацию.