Конец друга Путина и Лукашенко? Выборы, которые могут перевернуть Венгрию
12 апреля в Венгрии пройдут выборы, которые могут стать концом эпохи Виктора Орбана – или, наоборот, закрепить его систему еще на годы. «Белсат» рассказывает, как венгерский премьер за 16 лет выстроил «нелиберальное государство» и почему эти выборы важны для всего Евросоюза.
За 16 лет у власти Виктор Орбан выстроил в стране систему, которую международные исследователи все чаще описывают не как полноценную демократию, а как электоральную автократию – режим, где выборы сохраняются, но правила игры перекошены в пользу власти.
Ключ к этой модели – концентрация власти через возглавляемую им правящую партию Fidesz («Фидес»). После победы в 2010 году она получила конституционное большинство и использовала его не просто для управления, а для перестройки всей институциональной системы. Были приняты новая конституция и десятки законов, которые ослабили систему сдержек и противовесов и закрепили контроль власти над ключевыми институтами.
{banner_300x300_news_2}
Эта концентрация проявилась сразу в нескольких сферах. В первую очередь – в судебной системе: Брюссель последние годы фиксируют проблемы с независимостью судов и процедурами их назначения. Параллельно была перестроена медиасреда: при формальном наличии независимых изданий рынок в значительной степени контролируют структуры, связанные с Fidesz. Государственная реклама распределяется непрозрачно и преимущественно в пользу провластных СМИ, усиливая их доминирование.
Это напрямую влияет на электоральный процесс. Наблюдатели ОБСЕ после парламентских выборов 2022 года отмечали, что при корректной организации голосование проходило без равных условий – власти использовали государственные ресурсы в интересах правящей партии, а медиа освещали кампанию предвзято. Формально выборы сохраняются, но конкуренция в них неравная.
Еще один элемент системы – размытая граница между государством и правящей партией. Fidesz занимает ключевые посты в правительстве и госструктурах, а решения власти часто работают в интересах самой партии. Это создает эффект «всепроникающего присутствия» правящей силы и усиливает ее позиции на выборах.
Отдельно эксперты указывают на коррупцию как фундамент этой модели. Еврокомиссия в докладе о верховенстве права за 2025 год подчеркивала, что антикоррупционные органы в Венгрии имеют ограниченные полномочия и не обеспечивают эффективного контроля. В результате значительная часть государственных контрактов и финансирования оказывается у близких к власти бизнес-групп.
Наконец, в последние годы Орбан активно использует режимы чрезвычайного управления. Под предлогом кризисов – от миграции до войны в Украине – правительство расширяло полномочия исполнительной власти, позволяя принимать решения в обход обычных процедур. Например, введенный в 2022 году режим чрезвычайного положения из-за войны в Украине позволяет правительству издавать указы без одобрения парламента, и он неоднократно продлевался.
Именно сочетание этих факторов – контроль над институтами, медиа, ресурсами и правилами выборов – приводит к ситуации, когда формально демократия сохраняется, но фактически работает в интересах власти. Эту трансформацию Венгрии отмечают и международные аналитики.
62-летний Орбан находится у власти так долго, что для части венгров он стал фоном политической жизни.
Во многом эта политическая траектория объясняется его биографией. В школе он был секретарем комсомольской организации, однако, получив юридическое образование в Будапеште и пройдя стажировку в Оксфорде, в конце 1980-х стал одним из ярких антикоммунистических лидеров. В это же время он стал одним из основателей партии Fidesz, которая со временем превратилась в его главный политический инструмент.
Впервые Орбан возглавил правительство в 1998 году, став одним из самых молодых премьер-министров в Европе. В 2002 году, после поражения на выборах, он ушел в оппозицию, сохранив контроль над Fidesz. В 2010 году партия получила более двух третей мест в парламенте. Орбан вновь стал премьер-министром – и с тех пор не уступал власть никому.
В молодости он воспринимался как символ нового либерального поколения, однако со временем совершил заметный идеологический разворот и превратился в одного из главных представителей консервативно-националистического курса в Европе. Этот путь от антикоммунистического реформатора до лидера «нелиберального государства», как он сам это называл, сделал Орбана одной из самых противоречивых фигур в современной европейской политике.
Особое место в портрете Виктор Орбан занимает его внешняя политика – именно она во многом сделала его главным антагонистом внутри ЕС.
Прежде всего это отношения с Россией. Орбана считают главным союзником Кремля в Евросоюзе: он последовательно выступает против поставок оружия Украине и регулярно блокирует или смягчает санкции ЕС против России, а также решения по поддержке Киева, используя право вето и увязывая свою позицию с переговорами по другим вопросам. Венгрия продолжает получать нефть по трубопроводу «Дружба» и зависит от российского газа, а ключевой энергетический проект страны – расширение АЭС «Пакш-2» – реализуется при участии «Росатома». В 2024 году Орбан стал единственным лидером ЕС, который после начала войны публично встретился с Владимиром Путиным.
С начала войны в Украине эта позиция превратилась в системную проблему для ЕС: один национальный лидер регулярно демонстрирует, что способен останавливать решения всего союза. На этом фоне в ЕС все чаще обсуждают возможность отказаться от принципа единогласия во внешней политике – шаг, который еще недавно считался практически невозможным.
С Беларусью его позиция также заметно мягче, чем у общей линии ЕС. Александр Лукашенко остается для Будапешта партнером, с которым продолжают поддерживать рабочие контакты даже после 2020 года. Венгрия последовательно выступает за более мягкий подход к санкциям ЕС против Минска: не блокируя их полностью, она настаивает на смягчении решений и подчеркивает необходимость «сохранять каналы диалога».
Эта линия подтверждается и на практике: министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто, также являющийся членом партии Fidesz, регулярно посещает Беларусь – в последний раз в 2025 году – и прямо заявляет о заинтересованности в развитии экономического сотрудничества, включая энергетику и торговлю.
При этом политика Орбана – жесткая линия по миграции, акцент на суверенитете, критика либеральных институтов и конфликт с Брюсселем – во многом совпадает с повесткой действующей администрации Белого дома и лично Дональда Трампа.
На этой неделе в Будапешт приехал вице-президент США Джей Ди Вэнс, который открыто поддержал Орбана, назвал его «примером для Европы» и резко раскритиковал ЕС, обвинив Брюссель во вмешательстве в венгерские выборы. Трамп ранее также называл Орбана «настоящим другом» и «одним из самых сильных лидеров».
Таким образом, Орбан оказался в уникальном положении: конфликтуя с руководством ЕС, он одновременно получает поддержку со стороны действующей американской администрации – во многом не столько из-за него самого, сколько на фоне расхождений Вашингтона и Брюсселя по ряду ключевых вопросов.
Но сейчас впервые за многие годы Орбан столкнулся с по-настоящему опасным соперником. Это 45-летний Петер Мадьяр.
Мадьяр получил юридическое образование и долгое время работал в государственных структурах, в том числе в МИД. С 2002 по 2024 год он состоял в партии Fidesz – был частью системы, выстроенной Орбаном.
Его политический взлет начался в 2024 году – после громкого скандала вокруг помилования по делу о насилии в детском доме, который привел к отставке президента и серьезному кризису власти. На этом фоне Мадьяр публично дистанцировался от Fidesz и начал выступать с критикой правительства.
Вскоре он возглавил партию Tisza («Тиса») – новую политическую силу, которая быстро стала центром притяжения для протестного и умеренно консервативного электората. В основе его кампании — критика коррупции и «захвата государства»: он говорит о системе, где ресурсы и госконтракты концентрируются в руках узкого круга, связанного с руководством страны.
Это делает Мадьяра особенно опасным соперником для Орбана: он не просто оппозиционер, а бывший участник системы, который знает ее изнутри и способен перехватывать часть электората действующего премьера. Именно поэтому нынешние выборы называют самыми сложными для Орбана за последние 16 лет.
Последние опросы показывают, что угроза для Орбана не надуманная.
Независимые венгерские социологические центры в конце марта фиксируют устойчивое преимущество партии Tisza. Опрос 21 Research Centre (23–28 марта) показал: 56% у Tisza против 37% у Fidesz среди определившихся избирателей. Опрос Závecz Research (24–28 марта) дал близкие цифры – 51% против 38%. По данным Publicus (27–30 марта): 49% против 40%, у Republikon Institute (23–26 марта) – также 49% против 40%. Опрос Medián (17–20 марта) фиксировал еще больший разрыв – 58% у Tisza против 35% у Fidesz.
Напротив, провластные структуры дают иную картину. Финансируемый государством Nézőpont Institute (23–24 марта) фиксирует 46% у Fidesz против 40% у Tisza. Схожие оценки дают и другие лояльные власти аналитические центры: XXI. Század Institute (26–27 марта) – 46% против 41%, а Alapjogokért Központ (28–29 марта) – 50% против 42%.
При этом значительная часть избирателей до сих пор не определилась – от 20% до 25% по разным опросам, и именно они могут решить исход выборов в последний момент.
Кроме того, важна не только разница в процентах, но и то, как голоса превращаются в мандаты. В парламенте Венгрии 199 мест: 106 депутатов избираются по одномандатным округам, где традиционно сильнее Fidesz, еще 93 – по партийным спискам.
Даже при текущих рейтингах лидерство в голосах не гарантирует полного контроля над парламентом. Для принятия ключевых решений требуется две трети голосов (не менее 133 мест), и это означает, что даже уступая в поддержке, Fidesz может сохранить возможность блокировать изменения.
Именно поэтому сейчас речь идет уже не столько о разрыве в процентах, сколько о том, сколько мест получит каждая из сторон – и сможет ли оппозиция превратить свое преимущество в реальную власть.
Рост поддержки оппозиции происходит не в вакууме – ему сопутствует серия политических скандалов. В последние месяцы в центре внимания оказались контакты Будапешта с Москвой.
В октябре 2025 года Орбан в разговоре с Путиным заявил о готовности «помочь любым способом». Чтобы подчеркнуть это, он вспомнил популярную в Венгрии сказку о том, как лев пощадил мышонка, а тот пообещал отплатить за доброту и позже помог ему освободиться. Таким образом Орбан дал понять, что даже небольшая страна может оказаться полезной более сильному партнеру.
Ранее разгорелся и другой скандал: появилась аудиозапись разговора Петера Сийярто и Сергея Лаврова, где обсуждались санкционные решения ЕС. Сийярто подтвердил, что поддерживает контакт с Лавровым и общается с ним до и после встреч ЕС, заявив, что такие разговоры являются частью дипломатической работы. Это вызвало обеспокоенность в Брюсселе: там опасаются возможных утечек по конфиденциальным вопросам.
Даже в случае победы Мадьяра быстрых изменений ждать не стоит. За годы у власти Орбан выстроил систему, в которой ключевые институты – от судов до бюджетных органов – контролируются его сторонниками. Это означает, что любое новое правительство столкнется с серьезными ограничениями и сопротивлением внутри самой системы.
Если Орбан удержится, Брюссель почти наверняка получит еще один цикл конфликтов – вокруг Украины, санкций, затягивании ключевых инициатив – от расширения союза до оборонной политики.
Как отмечают аналитики, именно поэтому исход этих выборов важен не только для Венгрии. Он покажет, способен ли Евросоюз справляться с внутренними кризисами – и возможен ли политический откат системы, выстроенной Орбаном, которая формально остается демократической, но фактически работает в интересах власти.
Контроль над судами, медиа и ресурсами: как работает система Орбана
За 16 лет у власти Виктор Орбан выстроил в стране систему, которую международные исследователи все чаще описывают не как полноценную демократию, а как электоральную автократию – режим, где выборы сохраняются, но правила игры перекошены в пользу власти.
Ключ к этой модели – концентрация власти через возглавляемую им правящую партию Fidesz («Фидес»). После победы в 2010 году она получила конституционное большинство и использовала его не просто для управления, а для перестройки всей институциональной системы. Были приняты новая конституция и десятки законов, которые ослабили систему сдержек и противовесов и закрепили контроль власти над ключевыми институтами.
{banner_300x300_news_2}
Эта концентрация проявилась сразу в нескольких сферах. В первую очередь – в судебной системе: Брюссель последние годы фиксируют проблемы с независимостью судов и процедурами их назначения. Параллельно была перестроена медиасреда: при формальном наличии независимых изданий рынок в значительной степени контролируют структуры, связанные с Fidesz. Государственная реклама распределяется непрозрачно и преимущественно в пользу провластных СМИ, усиливая их доминирование.
Это напрямую влияет на электоральный процесс. Наблюдатели ОБСЕ после парламентских выборов 2022 года отмечали, что при корректной организации голосование проходило без равных условий – власти использовали государственные ресурсы в интересах правящей партии, а медиа освещали кампанию предвзято. Формально выборы сохраняются, но конкуренция в них неравная.
Бюллетени на парламентских выборах и референдуме в Венгрии, 3 апреля 2022 года. Фото: Arpad Kurucz / Anadolu Agency via Getty Images
Еще один элемент системы – размытая граница между государством и правящей партией. Fidesz занимает ключевые посты в правительстве и госструктурах, а решения власти часто работают в интересах самой партии. Это создает эффект «всепроникающего присутствия» правящей силы и усиливает ее позиции на выборах.
Отдельно эксперты указывают на коррупцию как фундамент этой модели. Еврокомиссия в докладе о верховенстве права за 2025 год подчеркивала, что антикоррупционные органы в Венгрии имеют ограниченные полномочия и не обеспечивают эффективного контроля. В результате значительная часть государственных контрактов и финансирования оказывается у близких к власти бизнес-групп.
Наконец, в последние годы Орбан активно использует режимы чрезвычайного управления. Под предлогом кризисов – от миграции до войны в Украине – правительство расширяло полномочия исполнительной власти, позволяя принимать решения в обход обычных процедур. Например, введенный в 2022 году режим чрезвычайного положения из-за войны в Украине позволяет правительству издавать указы без одобрения парламента, и он неоднократно продлевался.
Участники акции протеста у здания парламента Венгрии во время демонстрации против «закона о прозрачности». Будапешт, 18 мая 2025 года. Законопроект, внесенный партией премьер-министра Виктора Орбана Fidesz, предусматривал расширение полномочий властей по контролю над организациями, получающими иностранное финансирование. Фото: Janos Kummer / Getty Images
Именно сочетание этих факторов – контроль над институтами, медиа, ресурсами и правилами выборов – приводит к ситуации, когда формально демократия сохраняется, но фактически работает в интересах власти. Эту трансформацию Венгрии отмечают и международные аналитики.
«За 16 лет правления Орбан последовательно выхолостил венгерскую демократию. Его партия изменила правила игры, закрепила контроль над ключевыми институтами, включая медиа и судебную систему, и создала условия, при которых выборы проходят, но не являются полностью свободными и равными. В такой системе оппозиция может участвовать, но ей крайне сложно победить, потому что власть контролирует значительную часть политического поля», – считает эксперт американского Центра стратегических и международных исследований (CSIS) Донатьен Рю.
От символа либерализма к архитектору «нелиберального государства»
62-летний Орбан находится у власти так долго, что для части венгров он стал фоном политической жизни.
Во многом эта политическая траектория объясняется его биографией. В школе он был секретарем комсомольской организации, однако, получив юридическое образование в Будапеште и пройдя стажировку в Оксфорде, в конце 1980-х стал одним из ярких антикоммунистических лидеров. В это же время он стал одним из основателей партии Fidesz, которая со временем превратилась в его главный политический инструмент.
Виктор Орбан в парламенте Венгрии, 1990 год. Фото: Szalay Zoltаn / Fortepan
Впервые Орбан возглавил правительство в 1998 году, став одним из самых молодых премьер-министров в Европе. В 2002 году, после поражения на выборах, он ушел в оппозицию, сохранив контроль над Fidesz. В 2010 году партия получила более двух третей мест в парламенте. Орбан вновь стал премьер-министром – и с тех пор не уступал власть никому.
В молодости он воспринимался как символ нового либерального поколения, однако со временем совершил заметный идеологический разворот и превратился в одного из главных представителей консервативно-националистического курса в Европе. Этот путь от антикоммунистического реформатора до лидера «нелиберального государства», как он сам это называл, сделал Орбана одной из самых противоречивых фигур в современной европейской политике.
Друг Путина, Лукашенко и... Трампа
Особое место в портрете Виктор Орбан занимает его внешняя политика – именно она во многом сделала его главным антагонистом внутри ЕС.
Прежде всего это отношения с Россией. Орбана считают главным союзником Кремля в Евросоюзе: он последовательно выступает против поставок оружия Украине и регулярно блокирует или смягчает санкции ЕС против России, а также решения по поддержке Киева, используя право вето и увязывая свою позицию с переговорами по другим вопросам. Венгрия продолжает получать нефть по трубопроводу «Дружба» и зависит от российского газа, а ключевой энергетический проект страны – расширение АЭС «Пакш-2» – реализуется при участии «Росатома». В 2024 году Орбан стал единственным лидером ЕС, который после начала войны публично встретился с Владимиром Путиным.
Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан на встрече с Владимиром Путиным 5 июля 2024 года в Москве. Фото: пресс-служба Кремля
С начала войны в Украине эта позиция превратилась в системную проблему для ЕС: один национальный лидер регулярно демонстрирует, что способен останавливать решения всего союза. На этом фоне в ЕС все чаще обсуждают возможность отказаться от принципа единогласия во внешней политике – шаг, который еще недавно считался практически невозможным.
С Беларусью его позиция также заметно мягче, чем у общей линии ЕС. Александр Лукашенко остается для Будапешта партнером, с которым продолжают поддерживать рабочие контакты даже после 2020 года. Венгрия последовательно выступает за более мягкий подход к санкциям ЕС против Минска: не блокируя их полностью, она настаивает на смягчении решений и подчеркивает необходимость «сохранять каналы диалога».
Эта линия подтверждается и на практике: министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто, также являющийся членом партии Fidesz, регулярно посещает Беларусь – в последний раз в 2025 году – и прямо заявляет о заинтересованности в развитии экономического сотрудничества, включая энергетику и торговлю.
Министр иностранных дел и внешней торговли Венгрии Петер Сийярто и глава МИД Беларуси Максим Рыженков после 13-го заседания беларусско-венгерской межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству. Минск, 10 сентября 2025 года. Фото: пресс-служба МИД Беларуси
При этом политика Орбана – жесткая линия по миграции, акцент на суверенитете, критика либеральных институтов и конфликт с Брюсселем – во многом совпадает с повесткой действующей администрации Белого дома и лично Дональда Трампа.
На этой неделе в Будапешт приехал вице-президент США Джей Ди Вэнс, который открыто поддержал Орбана, назвал его «примером для Европы» и резко раскритиковал ЕС, обвинив Брюссель во вмешательстве в венгерские выборы. Трамп ранее также называл Орбана «настоящим другом» и «одним из самых сильных лидеров».
Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан и президент США Дональд Трамп позируют для фото в Овальном кабинете. Вашингтон, 7 ноября 2025 года. Фото: Daniel Torok / White House / Flickr
Таким образом, Орбан оказался в уникальном положении: конфликтуя с руководством ЕС, он одновременно получает поддержку со стороны действующей американской администрации – во многом не столько из-за него самого, сколько на фоне расхождений Вашингтона и Брюсселя по ряду ключевых вопросов.
Политик, который бросил вызов Орбану
Но сейчас впервые за многие годы Орбан столкнулся с по-настоящему опасным соперником. Это 45-летний Петер Мадьяр.
Мадьяр получил юридическое образование и долгое время работал в государственных структурах, в том числе в МИД. С 2002 по 2024 год он состоял в партии Fidesz – был частью системы, выстроенной Орбаном.
Его политический взлет начался в 2024 году – после громкого скандала вокруг помилования по делу о насилии в детском доме, который привел к отставке президента и серьезному кризису власти. На этом фоне Мадьяр публично дистанцировался от Fidesz и начал выступать с критикой правительства.
Вскоре он возглавил партию Tisza («Тиса») – новую политическую силу, которая быстро стала центром притяжения для протестного и умеренно консервативного электората. В основе его кампании — критика коррупции и «захвата государства»: он говорит о системе, где ресурсы и госконтракты концентрируются в руках узкого круга, связанного с руководством страны.
Петер Мадьяр выступает во время митинга партии Tisza в Будапеште, Венгрия, 15 марта 2026 года – в день годовщины Венгерской революции 1848–1849 годов. Фото: Balint Szentgallay / NurPhoto via Getty Images
Это делает Мадьяра особенно опасным соперником для Орбана: он не просто оппозиционер, а бывший участник системы, который знает ее изнутри и способен перехватывать часть электората действующего премьера. Именно поэтому нынешние выборы называют самыми сложными для Орбана за последние 16 лет.
Преимущество есть, победа не гарантирована
Последние опросы показывают, что угроза для Орбана не надуманная.
Независимые венгерские социологические центры в конце марта фиксируют устойчивое преимущество партии Tisza. Опрос 21 Research Centre (23–28 марта) показал: 56% у Tisza против 37% у Fidesz среди определившихся избирателей. Опрос Závecz Research (24–28 марта) дал близкие цифры – 51% против 38%. По данным Publicus (27–30 марта): 49% против 40%, у Republikon Institute (23–26 марта) – также 49% против 40%. Опрос Medián (17–20 марта) фиксировал еще больший разрыв – 58% у Tisza против 35% у Fidesz.
Напротив, провластные структуры дают иную картину. Финансируемый государством Nézőpont Institute (23–24 марта) фиксирует 46% у Fidesz против 40% у Tisza. Схожие оценки дают и другие лояльные власти аналитические центры: XXI. Század Institute (26–27 марта) – 46% против 41%, а Alapjogokért Központ (28–29 марта) – 50% против 42%.
При этом значительная часть избирателей до сих пор не определилась – от 20% до 25% по разным опросам, и именно они могут решить исход выборов в последний момент.
Сатирический предвыборный плакат в Будапеште с изображениями Владимира Путина и Виктора Орбана отсылает к ключевым событиям венгерской истории –революции 1848–1849 годов и восстания 1956 года – и проводит параллель с выборами 2026 года, представляя их как выбор между свободой и политической зависимостью. 3 марта 2026 года. Фото: NurPhoto / Getty Images
Кроме того, важна не только разница в процентах, но и то, как голоса превращаются в мандаты. В парламенте Венгрии 199 мест: 106 депутатов избираются по одномандатным округам, где традиционно сильнее Fidesz, еще 93 – по партийным спискам.
Даже при текущих рейтингах лидерство в голосах не гарантирует полного контроля над парламентом. Для принятия ключевых решений требуется две трети голосов (не менее 133 мест), и это означает, что даже уступая в поддержке, Fidesz может сохранить возможность блокировать изменения.
Именно поэтому сейчас речь идет уже не столько о разрыве в процентах, сколько о том, сколько мест получит каждая из сторон – и сможет ли оппозиция превратить свое преимущество в реальную власть.
Рост поддержки оппозиции происходит не в вакууме – ему сопутствует серия политических скандалов. В последние месяцы в центре внимания оказались контакты Будапешта с Москвой.
В октябре 2025 года Орбан в разговоре с Путиным заявил о готовности «помочь любым способом». Чтобы подчеркнуть это, он вспомнил популярную в Венгрии сказку о том, как лев пощадил мышонка, а тот пообещал отплатить за доброту и позже помог ему освободиться. Таким образом Орбан дал понять, что даже небольшая страна может оказаться полезной более сильному партнеру.
Ранее разгорелся и другой скандал: появилась аудиозапись разговора Петера Сийярто и Сергея Лаврова, где обсуждались санкционные решения ЕС. Сийярто подтвердил, что поддерживает контакт с Лавровым и общается с ним до и после встреч ЕС, заявив, что такие разговоры являются частью дипломатической работы. Это вызвало обеспокоенность в Брюсселе: там опасаются возможных утечек по конфиденциальным вопросам.
Почему эти выборы важны не только для Венгрии
Даже в случае победы Мадьяра быстрых изменений ждать не стоит. За годы у власти Орбан выстроил систему, в которой ключевые институты – от судов до бюджетных органов – контролируются его сторонниками. Это означает, что любое новое правительство столкнется с серьезными ограничениями и сопротивлением внутри самой системы.
Если Орбан удержится, Брюссель почти наверняка получит еще один цикл конфликтов – вокруг Украины, санкций, затягивании ключевых инициатив – от расширения союза до оборонной политики.
Как отмечают аналитики, именно поэтому исход этих выборов важен не только для Венгрии. Он покажет, способен ли Евросоюз справляться с внутренними кризисами – и возможен ли политический откат системы, выстроенной Орбаном, которая формально остается демократической, но фактически работает в интересах власти.