Бабарико: Не могут сниматься санкции с предприятий и людей, задействованных в войне
Рассуждая о санкциях против Беларуси, в новом выпуске «ТОКа» Виктор Бабарико призывает трезво оценивать позиции и реальные возможности сторон, пишет НН.
Политик напоминает, что большинство санкций против Беларуси «являются следствием войны».
{banner_300x300_news_2}
По мнению Виктора Бабарико, «военный пакет» санкций невозможно рассматривать в отрыве от тех мер, которые применяются в отношении России.
С другой стороны, важно понимать, какие шаги Беларусь способна сделать самостоятельно, чтобы добиться смягчения давления. Если речь идет о проведении свободных выборов, то тут, как считает политик, от официального Минска мало что зависит:
Что касается освобождения политзаключенных, то тут Бабарико видит другую проблему: «С этим вопросов нет. Потому что ты сегодня одного выпустил, а завтра снова наплодил новых».
Политик объясняет:
Бабарико подчеркивает: и Европа, и официальный Минск в вопросах снятия санкций сильно ограничены в своем маневре.
При этом он допускает, что набор санкций может быть пересмотрен. Возможна их «калибровка, более точная настройка», чтобы «снизить нагрузку или снизить негативные последствия санкций для гражданского общества, для обычных людей в Беларуси».
Однако как замечает политик, «белорусскому обществу это не слишком приемлемо».
Среди таких мер могут быть европейские образовательные программы или увеличение выдачи виз. Но и тут политик сомневается в успехе:
Похожая ситуация, на взгляд Бабарико, и с визами:
«То количество виз, которое сейчас выдают европейские консульства, на самом деле немалое. Намного больше, чем было раньше. Только ездит очень мало. Потому что ты знаешь: если съездить, не факт, что ты оттуда вернешься. А если вернешься, то неизвестно, куда еще вернешься».
Заметим, что высказанная позиция Виктора Бабарико отличается от того, что отстаивает Мария Колесникова. В своих выступлениях она не разграничивает те санкции, которые наложены на Лукашенко за соучастие в войне, и те, что стали следствием фальсификаций выборов и репрессий внутри Беларуси.
Виктор Бабарико. Фото: Наша Ніва
«Нужно понимать, какой именно пакет санкций обсуждается», — замечает он.
Политик напоминает, что большинство санкций против Беларуси «являются следствием войны».
«Соответственно, когда мы разбираемся с санкциями, мы должны разбираться с тем, кто начал эти разговоры. Как себе представить Европу, которая понимает, что вводились санкции и против России, и против Беларуси — и мы будем снимать санкции с Беларуси, но не будем снимать санкции с России? Или наоборот. Так не бывает. Это пакет. Они вводились вместе, с разными ограничениями, но в принципе за одно и то же».
{banner_300x300_news_2}
По мнению Виктора Бабарико, «военный пакет» санкций невозможно рассматривать в отрыве от тех мер, которые применяются в отношении России.
С другой стороны, важно понимать, какие шаги Беларусь способна сделать самостоятельно, чтобы добиться смягчения давления. Если речь идет о проведении свободных выборов, то тут, как считает политик, от официального Минска мало что зависит:
«Говорят, давайте обсуждать, снимем санкции в обмен на самостоятельность Беларуси. То есть на [проведение] свободных выборов в Беларуси. Вопрос: кто может принять решение о свободных выборах в Беларуси? Вы смеетесь, что ли? Сама Беларусь? Ну вот трезво… Я думаю, европейские политики это прекрасно понимают. То есть ты должен разговаривать с тем, кто может реально принимать какие-то решения».
Что касается освобождения политзаключенных, то тут Бабарико видит другую проблему: «С этим вопросов нет. Потому что ты сегодня одного выпустил, а завтра снова наплодил новых».
Политик объясняет:
«Вопрос как раз обсуждается в том, что может действующая сегодня власть Беларуси сделать отдельно от России? И тогда Европа приходит и говорит: что вы можете сделать? Вы можете сделать очень ограниченное количество вещей. Выпустить политзаключенных? Да. Снизить репрессии? Да. Не допустить возникновения [новых]? Да. На этом всё.
Теперь у Европы [вопрос]: что мы должны сделать? Отменить военные санкции? Как так? То есть вы будете продолжать убивать людей? За то, что вы, может быть, выпустите каких-то [политзаключенных]. Но цена! Я понимаю, это цинично звучит, но вы будете продолжать убивать украинцев. «Ну пару тысяч выпустим из белорусских тюрем. И выгоним их снова в Украину или еще куда-нибудь».
Теперь у Европы [вопрос]: что мы должны сделать? Отменить военные санкции? Как так? То есть вы будете продолжать убивать людей? За то, что вы, может быть, выпустите каких-то [политзаключенных]. Но цена! Я понимаю, это цинично звучит, но вы будете продолжать убивать украинцев. «Ну пару тысяч выпустим из белорусских тюрем. И выгоним их снова в Украину или еще куда-нибудь».
Бабарико подчеркивает: и Европа, и официальный Минск в вопросах снятия санкций сильно ограничены в своем маневре.
«Я считаю однозначно правильным: не могут сниматься санкции с тех и предприятий, и людей, кто задействован в производстве или в поддержке войны. Не могут по определению, потому что за этим человеческие жизни стоят», — убежден политик.
При этом он допускает, что набор санкций может быть пересмотрен. Возможна их «калибровка, более точная настройка», чтобы «снизить нагрузку или снизить негативные последствия санкций для гражданского общества, для обычных людей в Беларуси».
Однако как замечает политик, «белорусскому обществу это не слишком приемлемо».
Среди таких мер могут быть европейские образовательные программы или увеличение выдачи виз. Но и тут политик сомневается в успехе:
«Но что говорит эта власть? Любой студент, который выезжает из Беларуси, должен подписать бумажку. А еще, мало того, министр образования, если я правильно понимаю, несет личную ответственность за возвращение этого студента. Так вот я хочу узнать, много ли таких людей [желающих]? Вот Европа сейчас откроет все свои университеты и скажет welcome, а из Беларуси никто не поедет».
Похожая ситуация, на взгляд Бабарико, и с визами:
«То количество виз, которое сейчас выдают европейские консульства, на самом деле немалое. Намного больше, чем было раньше. Только ездит очень мало. Потому что ты знаешь: если съездить, не факт, что ты оттуда вернешься. А если вернешься, то неизвестно, куда еще вернешься».
«То есть вот эти все вещи настолько сложные с точки зрения, с одной стороны, необходимости калибровать и точно подстраивать, а с другой стороны, невозможности вести переговоры со стороной, которая не может принимать решения. Это очень сложный вопрос, реально сложный», — заключает Бабарико.
Заметим, что высказанная позиция Виктора Бабарико отличается от того, что отстаивает Мария Колесникова. В своих выступлениях она не разграничивает те санкции, которые наложены на Лукашенко за соучастие в войне, и те, что стали следствием фальсификаций выборов и репрессий внутри Беларуси.
«Санкции, окей, санкции… Но ведь люди важнее. Условное желание не снимать ограничения или желание какого-то диалога — это же нельзя соизмерить с человеческой жизнью, а мы сейчас говорим конкретно про жизни людей, изоляцию и пресс, под которым продолжают жить почти 9 миллионов белорусов. (…)
Санкции вводятся для того, чтобы их когда-нибудь отменять, и если санкции бьют по обычным людям и бизнесу, в этом нет ничего хорошего», — отмечала она в разговоре с Мариной Золотовой.
Санкции вводятся для того, чтобы их когда-нибудь отменять, и если санкции бьют по обычным людям и бизнесу, в этом нет ничего хорошего», — отмечала она в разговоре с Мариной Золотовой.