Мария Колесникова ответила, кто несет ответственность за события 2020 года
«Может быть, стоит поговорить с родными политических заключенных, которые сидят более пяти лет? Может быть, у них стоит спросить: вы хотите, чтобы мы начали эту дипломатическую инициативу или нет?»
![]()
Бывшая политзаключенная Мария Колесникова в эфире канала DW Беларусь ответила на вопросы об ответственности оппозиционных лидеров в 2020 году, а также объяснила, почему считает необходимым возобновлять дипломатические инициативы с белорусскими властями.
- Не несете ли вы какую-то ответственность за ваши призывы, за то, что вы пропагандировали, что можно режим победить любовью, цветами, мирными словами, призывом к миру и диалогу? - спросили у Марии.
Колесникова ответила иронично:
- Пропаганда любви - это, конечно, уголовно наказуемое преступление в Беларуси. И как раз за пропаганду любви, добра и общечеловеческих ценностей у меня был срок в 11 лет.
Мария подчеркнула:
По ее словам, удобно делать из оппозиционных лидеров «мальчиков для битья», но решения о репрессиях принимали другие люди:
Колесникова заметила, что подобные обвинения в адрес лидеров мирных протестов напоминают ей ситуацию с насилием над женщинами, когда жертву обвиняют в том, что она сама виновата в том, что ее изнасиловали, «потому что у нее недостаточно длинная юбка или недостаточно плотный хиджаб».
На вопрос, должен ли политик теоретически нести ответственность за то, что люди вдохновляются его речами и идут на протесты, Колесникова задала встречный вопрос:
«А медиа несут ответственность за то, что они подают информацию о том, что происходит?»
Мария подчеркнула: ответственность за поступки несут те, кто их совершает, и те, кто руководит теми, кто совершает.
Вспоминая 2020 год, она отметила:
Мне сложно представить, что люди не знали, что в Беларуси были и раньше политические заключенные. Мне сложно себе представить, что они не знали, что в 2006 году происходило или в 2010 году. И какое большое количество людей уже в течение этого времени (…) подвергалось репрессиям.
Мне кажется, что не было таких людей в 2020 году, которые бы не владели такой информацией».
«Реальны ли изменения в Беларуси без ответственности тех, кто сейчас совершает преступления?» — спросили у Колесниковой.
Та заметила: ответственность за преступления должна быть, потому что это нормально для правового государства.
Почему Колесникова предлагает разговаривать с Лукашенко? «Посмотрите в глаза родным политзаключенных»
Одна из ведущих заметила, что, получается, сейчас Мария призывает к диалогу с теми, кто и несет ответственность за эти преступления.
Колесникова ответила, что речь идет не о «дружбе» и не о согласии с политикой властей. Она подчеркнула, что имеет в виду «необходимость возобновления дипломатических инициатив» и «начало вообще разговора о ситуации, в которой сейчас находится Беларусь». Она заметила, что у Евросоюза есть много рычагов воздействия на Лукашенко.
Для Марии лично очень важны три цели: освобождение всех политических заключенных; полное прекращение репрессий; снятие изоляции с Беларуси.
Объясняя, почему она настаивает на необходимости разговора, Колесникова обратила внимание на собственный опыт:
«Пример начала дипломатической инициативы сидит сейчас перед вами. Если бы кто-то с кем-то не начал разговаривать в какой-то момент, то меня и многих людей, скорее всего, еще не было бы на свободе. И если есть такой шанс, хотя бы один процент, что подобные инициативы помогут освободиться другим людям и помогут изменить эту репрессивную машину, ее остановить, мне кажется, это стоит того, чтобы об этом говорить».
Бывшая политзаключенная заметила, что ее легко критиковать, но предложила обратиться к семьям политзаключенных:
«Может быть, стоит поговорить с родными политических заключенных, которые сидят более пяти лет? Может быть, у них стоит спросить: вы хотите, чтобы мы начали эту дипломатическую инициативу или нет? Давайте у них спросим. Посмотрим им в глаза и увидим».
Колесникова напомнила об опыте своей семьи, которая не верила, что ее освобождение возможно, но продолжала бороться.
«Сейчас ситуация такая, какая она есть. Нам она не нравится. Мне это тоже не нравится. Но Лукашенко принимает решение о жизнях людей. Если людей можно спасти, значит, их нужно спасать. Это самые главные человеческие и общеевропейские ценности, мировые ценности, которые из нас сделали цивилизацию. Спасать людей, и точка. Других объяснений, попыток как-то по-другому подойти к этому нет», — высказала свою позицию Мария и объяснила, почему в этом может быть заинтересован Лукашенко:
«Беларус беларусу беларус». Красивая фраза или жизненный принцип. В Сети разгорелась дискуссия
Мария Колесникова. Скрин видео: dwbelarus / YouTube
Бывшая политзаключенная Мария Колесникова в эфире канала DW Беларусь ответила на вопросы об ответственности оппозиционных лидеров в 2020 году, а также объяснила, почему считает необходимым возобновлять дипломатические инициативы с белорусскими властями.
- Не несете ли вы какую-то ответственность за ваши призывы, за то, что вы пропагандировали, что можно режим победить любовью, цветами, мирными словами, призывом к миру и диалогу? - спросили у Марии.
Колесникова ответила иронично:
- Пропаганда любви - это, конечно, уголовно наказуемое преступление в Беларуси. И как раз за пропаганду любви, добра и общечеловеческих ценностей у меня был срок в 11 лет.
Мария подчеркнула:
«Ответственность за насилие над людьми, за агрессию, за то, как брутально разгонялись мирные протесты, и то, какое количество людей от этого пострадало, лежит на тех, кто принимает решения».
По ее словам, удобно делать из оппозиционных лидеров «мальчиков для битья», но решения о репрессиях принимали другие люди:
«Никто из нас не принимал решения разгонять мирные митинги, сажать тысячи людей в тюрьмы, выдворять их из Беларуси, продолжать репрессии более пяти лет».
Колесникова заметила, что подобные обвинения в адрес лидеров мирных протестов напоминают ей ситуацию с насилием над женщинами, когда жертву обвиняют в том, что она сама виновата в том, что ее изнасиловали, «потому что у нее недостаточно длинная юбка или недостаточно плотный хиджаб».
На вопрос, должен ли политик теоретически нести ответственность за то, что люди вдохновляются его речами и идут на протесты, Колесникова задала встречный вопрос:
«А медиа несут ответственность за то, что они подают информацию о том, что происходит?»
Мария подчеркнула: ответственность за поступки несут те, кто их совершает, и те, кто руководит теми, кто совершает.
Вспоминая 2020 год, она отметила:
«Мне сложно себе представить, что у людей, которые решили в 2020 году голосовать и вообще пойти на выборы, были какие-то иллюзии насчет того, в какой они стране жили. (…)
Мне сложно представить, что люди не знали, что в Беларуси были и раньше политические заключенные. Мне сложно себе представить, что они не знали, что в 2006 году происходило или в 2010 году. И какое большое количество людей уже в течение этого времени (…) подвергалось репрессиям.
Мне кажется, что не было таких людей в 2020 году, которые бы не владели такой информацией».
«Реальны ли изменения в Беларуси без ответственности тех, кто сейчас совершает преступления?» — спросили у Колесниковой.
Та заметила: ответственность за преступления должна быть, потому что это нормально для правового государства.
«В 2020 году произошло то, что Максим Знак назвал правовым дефолтом, когда законы перестали действовать. Вот тогда ответственности нет.
А если мы говорим о той Беларуси, в которой будет действовать закон, и закон будет действовать для всех, конечно, и ответственность за преступление тоже будет действовать для всех».
А если мы говорим о той Беларуси, в которой будет действовать закон, и закон будет действовать для всех, конечно, и ответственность за преступление тоже будет действовать для всех».
Почему Колесникова предлагает разговаривать с Лукашенко? «Посмотрите в глаза родным политзаключенных»
Одна из ведущих заметила, что, получается, сейчас Мария призывает к диалогу с теми, кто и несет ответственность за эти преступления.
Колесникова ответила, что речь идет не о «дружбе» и не о согласии с политикой властей. Она подчеркнула, что имеет в виду «необходимость возобновления дипломатических инициатив» и «начало вообще разговора о ситуации, в которой сейчас находится Беларусь». Она заметила, что у Евросоюза есть много рычагов воздействия на Лукашенко.
Для Марии лично очень важны три цели: освобождение всех политических заключенных; полное прекращение репрессий; снятие изоляции с Беларуси.
Объясняя, почему она настаивает на необходимости разговора, Колесникова обратила внимание на собственный опыт:
«Пример начала дипломатической инициативы сидит сейчас перед вами. Если бы кто-то с кем-то не начал разговаривать в какой-то момент, то меня и многих людей, скорее всего, еще не было бы на свободе. И если есть такой шанс, хотя бы один процент, что подобные инициативы помогут освободиться другим людям и помогут изменить эту репрессивную машину, ее остановить, мне кажется, это стоит того, чтобы об этом говорить».
«Мы прекрасно понимаем, что сейчас за все, что происходит в Беларуси, принимает решение Лукашенко. Он единственный, от кого зависят жизни других людей. И если нам важно спасать жизни других людей, то мы должны с ним разговаривать».
Бывшая политзаключенная заметила, что ее легко критиковать, но предложила обратиться к семьям политзаключенных:
«Может быть, стоит поговорить с родными политических заключенных, которые сидят более пяти лет? Может быть, у них стоит спросить: вы хотите, чтобы мы начали эту дипломатическую инициативу или нет? Давайте у них спросим. Посмотрим им в глаза и увидим».
Колесникова напомнила об опыте своей семьи, которая не верила, что ее освобождение возможно, но продолжала бороться.
«Сейчас ситуация такая, какая она есть. Нам она не нравится. Мне это тоже не нравится. Но Лукашенко принимает решение о жизнях людей. Если людей можно спасти, значит, их нужно спасать. Это самые главные человеческие и общеевропейские ценности, мировые ценности, которые из нас сделали цивилизацию. Спасать людей, и точка. Других объяснений, попыток как-то по-другому подойти к этому нет», — высказала свою позицию Мария и объяснила, почему в этом может быть заинтересован Лукашенко:
«Наверное, что-то он хочет тоже и от Европейского союза. Но для того, чтобы узнать, что хочет твой собеседник, нужно у него об этом спросить. Сейчас никто, наверное, кроме Трампа, не имеет понятия о том, что нужно Лукашенко. Потому что с ним просто никто не разговаривает».
«Беларус беларусу беларус». Красивая фраза или жизненный принцип. В Сети разгорелась дискуссия
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
