Фейгин: «Изменить систему, изменить подход самого Лукашенко - невозможно»
Адвокат и блогер Марк Фейгин — об отношениях с беларуским правителем.
— С Лукашенко нельзя договариваться, как с Путиным. С ним это точно не работает. Потому что он производное Москвы, производное Путина, — заявил Марк Фейгин на Обычном утре. — То есть он не может сам принимать для себя какие-то резоны.
За его спиной все время остается тот, кто за него решает самый главный вопрос.
Напомню, что в 2015 году договоренности с той же Европой не принесли результата. А ведь тоже были разговоры, мол, он выпустил политзаключенных и в 2020 году проведет выборы, которые будут похожи на настоящие.
И он продолжал изображать. Тем более, что в канун августа 2020 года у него к тому же было гигантское давление из Москвы, был очередной, что называется, кризис: 35-я дорожная карта, попытка интеграции в «союзное государство», единый президентский пост, эмиссионный центр.
То есть у него был мотив пытаться договориться с европейцами. Только он собирался договариваться не для того, чтобы что-то поменять, а для того, чтобы самому проскочить между этими проблемами.
{banner_300x300_news_2}
И для него даже война в известной степени стала спасением, потому что Путину стало не до него, не до «союзного государства», не до полной интеграции с Беларусью. Нужно сначала проблемы с Украиной решить.
Это его спасло в каком-то смысле, иначе, конечно, были бы сделаны какие-то решительные шаги. А так в 2020 году в январе даже глава Госдепартамента США Помпео в Минск прилетел.
Это все поспособствовало тому, чтобы Лукашенко не оказался лузером в той ситуации — факт есть факт.
То есть все это уже было и все это уже пробовали, поэтому любая попытка ни к чему не приведет. Он действует только в своих интересах.
Фейгин, напротив, считает, что в отношениях с такими, как с Лукашенко, работает только язык силы и давления.
— Если Колесникова думает, что переговоры с Лукашенко нужны, чтобы вытащить заложников-политзаключенных, то, поверьте мне, он наберет новых.
Это вопрос «торгового ресурса», который он постоянно набирает, потому что понимает, что это работает. И все разговоры с ним ведут исключительно к этим периферийным вопросам, да, очень важным для судеб конкретных людей.
Если дойдет до того, что он объявит демократию и отдаст Беларусь, его самого уберут, уже из Москвы. В известном смысле, он между молотом и наковальней.
Поэтому единственный подход в отношениях с ним — эскалация. Только такой подход может быть эффективным, так как создает ту степень напряжения, в которой сторона, на которую давят, совершает ошибки.
Что будет? Сразу с территории Беларуси перестанут летать «шары» и дроны. Вы больше их не увидите. Он уже на такое не подпишется никогда, даже если Москва будет настаивать. Страх будет сильным.
Потом все эти перекрытия границ с Европой — их нужно перекрывать по-настоящему.
Названы две причины, почему Москва стала пугать Лукашенко «цветной революцией»
Марк Фейгин. Архивное фото
— С Лукашенко нельзя договариваться, как с Путиным. С ним это точно не работает. Потому что он производное Москвы, производное Путина, — заявил Марк Фейгин на Обычном утре. — То есть он не может сам принимать для себя какие-то резоны.
За его спиной все время остается тот, кто за него решает самый главный вопрос.
Выпустить политзаключенных или не выпустить — это, можно сказать, лирика. Однако никакие договоренности, горизонтальные отношения с Лукашенко не сработают.
Напомню, что в 2015 году договоренности с той же Европой не принесли результата. А ведь тоже были разговоры, мол, он выпустил политзаключенных и в 2020 году проведет выборы, которые будут похожи на настоящие.
И он продолжал изображать. Тем более, что в канун августа 2020 года у него к тому же было гигантское давление из Москвы, был очередной, что называется, кризис: 35-я дорожная карта, попытка интеграции в «союзное государство», единый президентский пост, эмиссионный центр.
То есть у него был мотив пытаться договориться с европейцами. Только он собирался договариваться не для того, чтобы что-то поменять, а для того, чтобы самому проскочить между этими проблемами.
{banner_300x300_news_2}
И для него даже война в известной степени стала спасением, потому что Путину стало не до него, не до «союзного государства», не до полной интеграции с Беларусью. Нужно сначала проблемы с Украиной решить.
Это его спасло в каком-то смысле, иначе, конечно, были бы сделаны какие-то решительные шаги. А так в 2020 году в январе даже глава Госдепартамента США Помпео в Минск прилетел.
Это все поспособствовало тому, чтобы Лукашенко не оказался лузером в той ситуации — факт есть факт.
То есть все это уже было и все это уже пробовали, поэтому любая попытка ни к чему не приведет. Он действует только в своих интересах.
Фейгин, напротив, считает, что в отношениях с такими, как с Лукашенко, работает только язык силы и давления.
— Если Колесникова думает, что переговоры с Лукашенко нужны, чтобы вытащить заложников-политзаключенных, то, поверьте мне, он наберет новых.
Это вопрос «торгового ресурса», который он постоянно набирает, потому что понимает, что это работает. И все разговоры с ним ведут исключительно к этим периферийным вопросам, да, очень важным для судеб конкретных людей.
Но изменить систему, изменить подход самого Лукашенко, вообще траекторию движения этого режима — невозможно. Потому что, повторю, во-первых, сам Лукашенко такой, во-вторых, потому что стоящая за ним Москва не позволит этого сделать.
Если дойдет до того, что он объявит демократию и отдаст Беларусь, его самого уберут, уже из Москвы. В известном смысле, он между молотом и наковальней.
Поэтому единственный подход в отношениях с ним — эскалация. Только такой подход может быть эффективным, так как создает ту степень напряжения, в которой сторона, на которую давят, совершает ошибки.
И на Лукашенко нужно максимально усилить давление, причем разное, вплоть до военного. Например, поставить по периметру тех же Польши и Литвы ядерное оружие.
Что будет? Сразу с территории Беларуси перестанут летать «шары» и дроны. Вы больше их не увидите. Он уже на такое не подпишется никогда, даже если Москва будет настаивать. Страх будет сильным.
Потом все эти перекрытия границ с Европой — их нужно перекрывать по-настоящему.
Названы две причины, почему Москва стала пугать Лукашенко «цветной революцией»