«Тех, кто не справляется — пожурим, может быть, директора поменяем, поможем, чем сможем, другие сами неплохо работают — и в целом вроде как и живем»
В Беларуси нарастят долю государства в уставном фонде нескольких предприятий — «в обмен» за финансовую поддержку из бюджета, которая была им оказана в 2023 году. Соответствующее постановление Совмина опубликовано на портале pravo.by.
Акции почти на 60 миллионов рублей отдали государству предприятия строительной отрасли — «Беларусский цементный завод», «Гомельстекло», «Красносельскстройматериалы», «Кричевцементношифер», и деревообработки — «Гомельдрев», «Ивацевичдрев», «Светлогорский ЦКК».
Кстати, в прошлом году эти же должники, а также Гродненский стеклозавод, уже расплачивались акциями за бюджетную поддержку — но за год, выходит, ситуация не улучшилась. При этом часть предприятий фактически полностью уже принадлежат государству — «Гомельдрев», «Ивацевичдрев» на более чем 97%, «Беларусский цементный завод» — на 99% с хвостиком. Тогда в чем цель и смысл обмена финансовой поддержки на акции, если дела у предприятий-должников очевидно идут не очень хорошо?
— Да, скорее всего, дела у них на текущий момент идут не очень, — отмечает в комментарии Филину старший научный сотрудник BEROC Анастасия Лузгина. — И основная причина, почему государство решило выкупить дополнительные доли выпуска акций — это, конечно, финансовая поддержка.
{banner_news_show}
Ряду из перечисленных в постановлении предприятий поддержка оказывалась и раньше в том или ином виде. Конечно, информация далеко не всегда есть в открытом доступе на сайте самих предприятий, но, к примеру, я нашла упоминание, что у «Гомельдрева» в 2021 году Министерство финансов Беларуси перекупало долги перед обычными банками и передавало в управление Банку развития с пересмотром процентов.
Беларусские цементные заводы — еще одна тема убыточных предприятий, набившая оскомину. Экономист напоминает: вначале государство рассчитывало, что отрасль будет развиваться и беларусский цемент пойдет на экспорт — а после того, как построили несколько заводов, оказалось, что продукцию особо некуда девать: в Россию, куда планировались основные поставки, уже собственных заводов понастроили.
— Но из года в год цементным заводам, как я понимаю, в том или ином виде оказывается господдержка, — добавляет Анастасия Лузгина. — Притом вряд ли основная цель этой поддержки — огосударствление, мы видим, что часть компаний и так, по сути, государственные, и очередной выпуск акций — это просто лазейка, чтобы поддержать эти предприятия. Так можно бесконечно каждый год выпускать эти акции и вливать деньги.
К тому же, говорит Анастасия Лузгина, несмотря на неуспешность, строительные и деревообрабатывающие предприятия все-таки продолжают выпускать продукцию и увеличивать ВВП — хотя бы формально. А то, что продукция эта неконкурентоспособна и, возможно, есть проблемы с ее реализацией, в «полуплановой» экономике отходит на второй план.
— Если бы экономика была рыночной, то компания, которая не выдерживает конкуренции и постоянно влезает в долги, вынуждена была бы объявить о банкротстве. Представляете, если такое объявление сделает «Ивацевичдрев» или «Беларусский цементный завод»? Это же скандал и, с точки зрения государственных чиновников, подрыв той стабильности, о которой они постоянно говорят с экранов телевизоров.
Безусловно, далеко не все предприятия относятся к категории «плохишей», и есть эффективные сектора, напоминает Анастасия Лузгина. И поскольку спасать нужно не каждый завод, а беларусская экономика небольшая и довольно легко управляемая, это позволяет правительству латать дыры и худо-бедно удерживать общую лодку на плаву:
— Тех, кто не справляется — пожурим, может быть, директора поменяем, поможем, чем сможем, другие сами неплохо работают — и в целом вроде как и живем. И рост экономики, понятное дело, не 4% в год, но какой-нибудь процентик выжмем из того, что есть.
Беларусская модель, особенно в последние годы, тяготеет к плановости и зарегулированности экономики. Впрочем, пока еще она работает, да и российская поддержка, с точки зрения рынка, какая-никакая имеется. Так что даже Всемирный банк пересмотрел и несколько улучшил прогноз по Беларуси, ожидая рост ВВП на 1,2% (а правительство РБ оптимистично замахивается на 3,8%).
Акции почти на 60 миллионов рублей отдали государству предприятия строительной отрасли — «Беларусский цементный завод», «Гомельстекло», «Красносельскстройматериалы», «Кричевцементношифер», и деревообработки — «Гомельдрев», «Ивацевичдрев», «Светлогорский ЦКК».
Кстати, в прошлом году эти же должники, а также Гродненский стеклозавод, уже расплачивались акциями за бюджетную поддержку — но за год, выходит, ситуация не улучшилась. При этом часть предприятий фактически полностью уже принадлежат государству — «Гомельдрев», «Ивацевичдрев» на более чем 97%, «Беларусский цементный завод» — на 99% с хвостиком. Тогда в чем цель и смысл обмена финансовой поддержки на акции, если дела у предприятий-должников очевидно идут не очень хорошо?
— Да, скорее всего, дела у них на текущий момент идут не очень, — отмечает в комментарии Филину старший научный сотрудник BEROC Анастасия Лузгина. — И основная причина, почему государство решило выкупить дополнительные доли выпуска акций — это, конечно, финансовая поддержка.
{banner_news_show}
Ряду из перечисленных в постановлении предприятий поддержка оказывалась и раньше в том или ином виде. Конечно, информация далеко не всегда есть в открытом доступе на сайте самих предприятий, но, к примеру, я нашла упоминание, что у «Гомельдрева» в 2021 году Министерство финансов Беларуси перекупало долги перед обычными банками и передавало в управление Банку развития с пересмотром процентов.
Беларусские цементные заводы — еще одна тема убыточных предприятий, набившая оскомину. Экономист напоминает: вначале государство рассчитывало, что отрасль будет развиваться и беларусский цемент пойдет на экспорт — а после того, как построили несколько заводов, оказалось, что продукцию особо некуда девать: в Россию, куда планировались основные поставки, уже собственных заводов понастроили.
— Но из года в год цементным заводам, как я понимаю, в том или ином виде оказывается господдержка, — добавляет Анастасия Лузгина. — Притом вряд ли основная цель этой поддержки — огосударствление, мы видим, что часть компаний и так, по сути, государственные, и очередной выпуск акций — это просто лазейка, чтобы поддержать эти предприятия. Так можно бесконечно каждый год выпускать эти акции и вливать деньги.
Почему их все-таки поддерживают? Во-первых, эти предприятия довольно крупные, на них могут трудиться тысячи людей — и государство проявляет «заботу», сохраняя рабочие места, чтобы не увольнять работников с этих чудо-заводов.
А во-вторых, раз компании, несмотря на ОАО в названии, по сути принадлежат государству, оно вынуждено поддерживать их на плаву, будучи в ответе за свою собственность.
А во-вторых, раз компании, несмотря на ОАО в названии, по сути принадлежат государству, оно вынуждено поддерживать их на плаву, будучи в ответе за свою собственность.
К тому же, говорит Анастасия Лузгина, несмотря на неуспешность, строительные и деревообрабатывающие предприятия все-таки продолжают выпускать продукцию и увеличивать ВВП — хотя бы формально. А то, что продукция эта неконкурентоспособна и, возможно, есть проблемы с ее реализацией, в «полуплановой» экономике отходит на второй план.
— Если бы экономика была рыночной, то компания, которая не выдерживает конкуренции и постоянно влезает в долги, вынуждена была бы объявить о банкротстве. Представляете, если такое объявление сделает «Ивацевичдрев» или «Беларусский цементный завод»? Это же скандал и, с точки зрения государственных чиновников, подрыв той стабильности, о которой они постоянно говорят с экранов телевизоров.
Поэтому принципы поддержки убыточных предприятий и сохраняются. Причем не год и не два, политика беларусского государства такой была все время, сколько я занимаюсь экономикой.
Выдача льготных кредитов, «нагрузка» убыточными колхозами более эффективных предприятий, или, как сейчас, дополнительный выпуск акций — совершенно не новая, а устоявшаяся практика для Беларуси.
Выдача льготных кредитов, «нагрузка» убыточными колхозами более эффективных предприятий, или, как сейчас, дополнительный выпуск акций — совершенно не новая, а устоявшаяся практика для Беларуси.
Безусловно, далеко не все предприятия относятся к категории «плохишей», и есть эффективные сектора, напоминает Анастасия Лузгина. И поскольку спасать нужно не каждый завод, а беларусская экономика небольшая и довольно легко управляемая, это позволяет правительству латать дыры и худо-бедно удерживать общую лодку на плаву:
— Тех, кто не справляется — пожурим, может быть, директора поменяем, поможем, чем сможем, другие сами неплохо работают — и в целом вроде как и живем. И рост экономики, понятное дело, не 4% в год, но какой-нибудь процентик выжмем из того, что есть.
Беларусская модель, особенно в последние годы, тяготеет к плановости и зарегулированности экономики. Впрочем, пока еще она работает, да и российская поддержка, с точки зрения рынка, какая-никакая имеется. Так что даже Всемирный банк пересмотрел и несколько улучшил прогноз по Беларуси, ожидая рост ВВП на 1,2% (а правительство РБ оптимистично замахивается на 3,8%).