Отрицание очевидного. Готов ли Лукашенко к переговорам?

Восьмичасовой словесный марафон, который Лукашенко устроил в годовщину президентской кампании-2020 года, не дал ответа на главный вопрос: как стране выходить из острейшего в истории политического кризиса?

Но некоторые наблюдатели все же услышали некую готовность Лукашенко к диалогу или переговорам. Действительно ли белорусский правитель готов сесть за стол переговоров? На каких условиях? И согласится ли общество вести с ним разговор?

Вот что узнал «Белорусский партизан».

Михаил Пастухов: Переговоры должны проходить на равноправных условиях и в нейтральной стране

- Я почувствовал, что Лукашенко к диалогу готов, готов искать пути выхода из тупика. Как это понимать, трудно сказать. Но в любом случае он уже ищет возможные выходы из ситуации, - считает доктор юридических наук, профессор Михаил Пастухов. - Как мне кажется, после пресс-конференции должны последовать определенные уступки со стороны Лукашенко.

Очевидно, что репрессивные меры больше результатов не дают – надо идти на уступки. Количество политзаключенных достигло запредельной цифры – пора освобождать.

- О конституционном референдуме ничего не сказано, о досрочных выборах – молчание. Как это понимать?

- Учитывая, что проект поправок в Конституцию отправлен на доработку, пока нет готовности к референдуму. Но в любом случае вначале должен пройти какой-то диалог, обязательно при посредничестве международных структур, например, ОБСЕ, и определенные уступки: освобождение и реабилитация политзаключенных, и внести изменения в избирательное законодательство, возможно, более предметное обсуждение поправок в Конституцию (не только с участием представителей власти, но и общества).


Но общество, как я понимаю, не настроено на диалог после всех жестоких репрессий. Только неучастие Лукашенко в выборах может открыть дорогу к диалогу. Возможно, будет определен исполняющий обязанности президента, которым по Конституции должен стать действующий премьер-министр.

Предполагаю, без внесения изменений в Конституцию власти на это не решатся: сначала хотят создать некую правовую основу для преобразований, и только тогда пойдет разговор о возможных выборах. И тогда, естественно, возникает вероятность диалога на условиях нынешней власти.

Но должны быть очень серьезные гаранты переговорного процесса: не просто власть беседует с кем-то как с подопытными кроликами; действующий глава государства в переговорах не должен участвовать.

Речь должна идти о досрочных президентских выборах. Понятно, что власть заинтересована вначале провести конституционную реформу на выгодных для нее условиях, и только после этого мы можем услышать: «Я устал, я ухожу». Только на запасной аэродром.

- Сомнительно, что после событий последнего года в Беларуси пройдет казахский вариант транзита власти.

- Возможно, казахский сценарий уже запоздал. Тогда остается только силовой вариант удержания власти – а это возможно только до поры до времени. Мало того, что невиданные репрессии повергли общество в шок, это очень сильно раздражает и международное сообщество, заставляет задуматься о последствиях и руководство России.

Международное сообщество давно созрело к тому, чтобы прекратить белорусский кризис. Но с позиции международного сообщества, это возможно лишь при диалоге равноправных сторон (представителей от власти и представителей от общества) под высокие гарантии ОБСЕ.

И желательно, чтобы переговоры прошли в нейтральной стране, например, в Австрии. Возможный переговорный процесс мне представляется именно так.

Владимир Гончарик: Лукашенко отрицает очевидное

- Лукашенко озвучил свои оценки происходящего, которые неоднократно высказывались на протяжении года. С последующим выводом: мы все делаем правильно. Против Беларуси ведется гибридная война, и без одной личности все рухнет. Или рухнуло бы, - сформулировал общее впечатление от пресс-конференции кандидат в президенты 2001 года Владимир Гончарик.

- По большому счету, всех волнует только один вопрос: что дальше? Есть ли у Лукашенко план выхода из тупика?

- Он не сказал ни слова про выход из кризиса.

Единственная конструктивная вещь, которую я услышал, - он готов сесть за стол переговоров. Но чтобы сесть за стол переговоров, надо проявить инициативу. Было бы разумно начать переговоры – ситуация-то усугубляется: вчера США, Великобритания и Канада ввели новые санкции. Но такой шаг разумен не ради сохранения одной личности, а для стабилизации ситуации, восстановления нормальной жизнедеятельности страны.

- Но готов ли Лукашенко к переговорам? Аналогичные призывы мы слышим после каждой президентской кампании, которая заканчивается репрессиями.

- Он считает, что кто-то должен проявить инициативу, покаяться – и начать переговоры на его условиях.

Лукашенко все время ссылался на Путина, но Путин же не будет решать его проблемы! Сами вляпались – самим и выбираться.

Надо признать, что были неправы. Надо признать, что за фальсификацией выборов последовали мирные протесты, задавленные силовым путем, часто необоснованное и грубое. Известно, что более 10 человек убиты, возбуждено более 4 тысяч уголовных дел неизвестно за что.

Давно следовало объективно признать: да, мы виноваты, да перегнули палку. Но звучало отрицание очевидного, перекладывание вины на других.

Раньше, в советское время, партийные органы говорили про критику и самокритику. В выступлении Лукашенко я не услышал самокритики. Только сказал, что скоро уйдет. В очередной раз сказал.

- Sputnik трактовал слова Лукашенко таким образом, что следующие президентские выборы пройдут в 2025 году.

- Не исключено. Иной раз я рассуждаю так: если против Беларуси ведется гибридная война, любой правитель может сослаться, что в таких условиях выборы нельзя проводить. Но сегодня трудно делать прогнозы: ситуация развивается очень стремительно.