Бизнесмены жалуются: работать с ЕС стало сложно даже тем, кто не попал под санкции

В ”Нашу Ниву" приходят сигналы от бизнеса, что работать в Беларуси становится сложнее. Речь даже не о подсанкционных предприятиях, а о бизнесе, который экспортирует за рубеж товары, услуги, ИТ-решения. Мы подытожили отзывы, чтобы понять тенденции, куда катится экономика.

Да, реальный бизнес уже сетует на то, что европейские банки не переводят деньги в Беларусь или делают это по очень замысловатым процедурам.

Европейскому банку проще отказать, чем разбираться, что это за бизнес.





"Платежи в сторону Беларуси осложнились еще после Крыма: до того платеж доходил за 15 минут, потом стали сутки подписывать бумаги, что эти средства не будут направлены на военные цели, что ты не спонсируешь агрессию и так далее.

Сейчас швейцарцы многим просто не отдают деньги, так как требуют подтверждение, что эти деньги не идут на поддержку режима. А где взять такое подтверждение? - добавляет другой бизнесмен, владеющий заводом.

- Мало кто из действительно богатых людей сейчас ездит в Беларусь, многие выехали, с тревогой наблюдают за бизнесом из-за рубежа. И если раньше как-то можно было договариваться, чтобы тебя не кошмарили, например, через чиновников, то сейчас это невозможно - все трезвые головы отодвинуты в сторону"

Страховые компании также не хотят рисковать

Слышны тревожные сигналы и со стороны ритейла — иностранные партнеры меняют правила.




Поставщик это слушает и говорит, мол, хорошо, я тебе дам на 50 рублей, а оставшуюся половину, которую ты раньше брал на реализацию, ты или не берешь, или берешь по 100% предоплате. А откуда взять деньги на предоплату? Их и раньше не было, а сейчас и рынок сжимается. В результате предприятие снижает обороты, сокращает людей", - говорит представитель крупного ритейла.

А что происходит с ИТ?

"Для инвестора есть некий набор приемлемых рисков: идея “не выстрелит”, рынок не найдется, команда разбежится. Эти риски можно как-то анализировать и работать с ними, -говорит крупный ИТ-бизнесмен.

- Но есть риски неприемлемые: что твоих людей ни за что кинут за решетку и ты не сможешь их защитить, что у тебя, наконец, просто без объяснений заберут деньги и заблокируют счета.

Беларусь и раньше не славилась независимой судебной системой, но сейчас звучит тезис, что в стране ”не до законов". Что делает инвестор в такой ситуации? Идет в понятную и надежную юрисдикцию.

Как правило, это балтийские страны, на практике сейчас это выглядит так: если у тебя есть классная идея, то тебе деньги дадут при одном условии — ты открываешь компанию в какой-нибудь Эстонии и перевозишь туда людей.

Если у тебя уже есть проект, где есть значительные средства иностранных инвесторов, тебя просто ставят перед условием: ”Мы волнуемся за свои деньги, нужно вывозить инженеров и топ-менеджеров за границу". Ну и люди уезжают, компании перевозятся.

Сейчас в Беларусь банально тяжело летать на переговоры, и из Беларуси тоже. Вы представляете себе инвестора, который будет сутки добираться до Беларуси, а потом столько же назад?”

Собеседники также говорят, что расширение бизнесов в Беларуси уже выглядит очень туманно.

"Любому серьезному бизнесу нужно расти, нужны кредитные средства. Даже если ты регистрируешь представительство в ЕС, приходишь с тем, что тебе нужен кредит, они смотрят документы, все их устраивает, а потом вопрос — А, вы из Беларуси? Давайте подождем.

Западные институты опасаются работать с государственными банками

Останавливаются инвестиционные проекты с ”длинными“ и дешевыми деньгами, а ”длинных" и дешевых денег в Беларуси в принципе нет, они есть только на Западе.

У банков нет желания давать деньги, ведь они видят много рисков, при этом все клерки в международных финансовых институциях исходят из логики “не потерять”.



Даже те, кто уже не задумывается о развитии и расширении бизнеса, а хочет его продать, сигнализируют о проблемах:

"Стало труднее продать бизнес. Честно говоря, даже долларовые миллионеры уже понимают, что они такие лишь номинально, стоимость активов в Беларуси в реальности намного меньше, чем она реально есть.

Условно, есть у тебя активов в Беларуси на 10 миллионов долларов - но кому ты продашь, кто это купит? По такой цене никто не купит, это реальность. Если и купят, то по сильно заниженной.

Если мы говорим о каких-то компаниях, привязанных к мозгам, а не к имуществу, прежде всего ИТ — это то, что в Беларуси реально продается, но мультипликатор, по которому рассчитывают цену компании, последний год стал работать по негативной формуле.

Условно, при продаже компании просчитывается цена, скажем, в 10 годовых выручек — за эту цифру компания продается. А в Беларуси этот мультипликатор будет сейчас не десять, а две годовых выручки — ведь невозможно предсказать, что будет дальше — а если будет, как в Венесуэле?

Конечно, для тех, кто годами возводил свое дело, а его вот так взяли и обесценили, это очень больно и морально, и финансово”, — говорит предприниматель.

Собеседники резюмируют, что инвестиционный климат в Беларуси разбомблен за год, большие сделки уже сейчас происходят крайне редко. Ситуацию в экономике сравнивают с лягушкой, которую варят в холодной воде — она не понимает, что умирает, но температура повышается и будет беда...