Почему белорусы начали называть действующую власть фашистской

Фашисты – именно это определение действий силовиков часто звучит сегодня из уст белорусов. Почему именно «фашисты», ведь для белоруса нет более позорного клейма?

МВД, Следственный комитет, Прокуратура не перестают повторять, что протестующие проявляли агрессивность в отношении сотрудников правоохранительных органов и совершали ряд противоправных действий.

В кого-то бросили камнем, в кого-то – бутылкой, кого-то арматурой по спине, где-то машины захватили и переградили ею дорогу… Якобы, именно из-за этого правоохранители и вынуждены были начать жесткий разгон демонстрантов.

Не будем разбираться в том, кто первый начал, и кто просто вынужден был защищаться - это неблагодарное дело, и не в нем суть. Поговорим о другом.

Людям свойственно собираться в некую общность. Ну не может человек существовать один! Поэтому и появились на земле деревни, города, страны, общественные организации, политические партии… И ни одна общность людей нигде в мире не будет однородной. В ней будут и порядочные добрые люди, и не очень. Даже в самой благопристойной деревне или общественной организации могут оказаться хулиганы, воры, убийцы и т.д.

Протестующие против фальсификации выборов тоже представляют собой такую общность, только она объединена не географически, а политически. И здесь срез общества также не будет однородным. Среди несогласных с фальсификациями будут как агрессивные люди и даже преступники, так и добропорядочные.

Причем, в данной общности явно преобладают последние. Даже если собрать все сообщения о противоправных действиях протестующих, то будет всего пару десятков среди около 100 тысяч, которые вышли на улицу 9 и 10 августа.

Между тем, согласно данным МВД, уровень преступности в Беларуси за 2019 год составил 88,4 преступления на 100 тыс. населения. Да, это за весь год, а тут всего за два дня, но природа человека такова, что именно на уличных акциях склонные к правонарушениям люди и проявляют себя.

Они могут годами быть законопослушными гражданами, но как только почувствуют, что можно что-то безнаказанно сделать – тут же раскроют свою суть. Такова природа человека. Поэтому общественный срез протестующих 9-10 августа вполне сопоставим с данными МВД по годовой преступности.

И этот срез свидетельствует, что среди протестующих склонных к правонарушениям людей было значительно меньше, чем в целом по стране, даже без учета того, что многие совершали не преступление, а административное правонарушение, а это уже совсем другой разговор и другой срез.

Как не раз уже было сказано, никто бы не возмутился, если бы милиция утихомирила тех, кто нападал на представителей органов правопорядка, портил общественное имущество. Задержали бы их с применением минимально необходимой силы, потом наказали – и народ бы совершенно спокойно это воспринял.

Никто не против наведения порядка и «спасения страны». В данном случае белорусы возмутились не из-за целей (наведение порядка, спасение страны, защита мирных граждан), а из-за методов, которыми власти шли к этим целям.

Из-за поступков нескольких человек была наказана вся общность, то есть все протестующие и просто несогласные с результатами выборов, а также совершенно случайные люди.

Всех их, независимо от того, что они сделали, начали жестоко избивать, стрелять в них резиновыми пулями, светошумовыми гранатами, а потом избивать и пытать в автозаках, в отделах внутренних дел и ИВС.

Именно так действовали в Беларуси фашисты:

если в деревне убивали немецкого солдата, то уничтожали всю деревню, а также всех случайных людей, кто невовремя забрел в эту деревню. Это называлось акцией устрашения народа, чтобы в корне подавить всякое сопротивление.

Аналогия с фашистами у народа возникла не потому, что кто-то случайно попал под руку, как говорят министр внутренних дел Юрий Караев и Александр Лукашенко. А потому что по фашистскому методу подавляли всех, кто тем или иным образом оказался в политической или территориальной общности, то есть, кто был в деревне.

Это свидетельство того, что аналогия с фашистами не случайна. Это не эмоциональная оценка, не раскручивание и не раскачивание, а, к сожалению, закономерная реакция на реальность.