Класковский: Протесты работников на крупных предприятиях - серьезный звоночек.
Об этом пишет политический обозреватель в своем телеграм-канале.
Помню, как в апреле 1991 года, после резкого повышения цен союзным правительством Павлова, из разных районов Минска на тогдашнюю площадь Ленина стекались грозные колонны пролетариев. Стотысячная толпа повергла власти в шок, милиция пряталась.
Тогда быстро появились яркие лидеры, такие как Сергей Антончик, возник республиканский стачком, который вел переговоры с правительством, добился эфира на телевидении.
В итоге Совмин БССР удовлетворил с грехом пополам экономические требования рабочих (были повышены зарплаты), однако не стал выполнять политические (вывести парткомы с предприятий, принять закон о выборах на многопартийной основе, приступить к исполнению Декларации о государственном суверенитете).
Волна протестов тогда улеглась где-то в мае. Но система уже поползла по швам. До падения советского режима оставалось лишь несколько месяцев.
Помню, как в апреле 1991 года, после резкого повышения цен союзным правительством Павлова, из разных районов Минска на тогдашнюю площадь Ленина стекались грозные колонны пролетариев. Стотысячная толпа повергла власти в шок, милиция пряталась.
Тогда быстро появились яркие лидеры, такие как Сергей Антончик, возник республиканский стачком, который вел переговоры с правительством, добился эфира на телевидении.
В итоге Совмин БССР удовлетворил с грехом пополам экономические требования рабочих (были повышены зарплаты), однако не стал выполнять политические (вывести парткомы с предприятий, принять закон о выборах на многопартийной основе, приступить к исполнению Декларации о государственном суверенитете).
Волна протестов тогда улеглась где-то в мае. Но система уже поползла по швам. До падения советского режима оставалось лишь несколько месяцев.