Как белорусского премьера заставляли самому себе могилу копать

«А часы, которые сняли с его руки, все время останавливались».

Житель деревни Поречье Пинского района рассказывает в программе «Вяскоўцы» историю убийства премьер-министра БНР Романа Скирмунта.

Род Скирмунтов известен с XII в. Имения Поречье и Молодово (сегодня Пинский район) они приобрели от автора известного Полонеза Михала Клеофаса Огинского после разделов Речи Посполитой в конце XVIII в. И в 1837 году построили здесь первый сахарный завод.

За несколько десятков лет Поречье из деревни превратилось в промышленное местечко. На заработанные деньги владельцы основали суконную фабрику, а на сахарном заводе начали делать первый в Минской губернии спирт марки «люкс». В 1900 году здесь жило около 3 тыс. человек, из которых 265 работали на предприятиях. Простые работники тоже были акционерами и получали прибыль. Поэтому на землевладельцев в Поречье никто не жаловался.

Роман Скирмунт был очень уважаемым человеком, депутатом Государственной думы Российской империи, в 1930-е – польским сенатором. Но мечтал, чтобы Беларусь была независимой и от Польши, и от Российской империи. Поэтому участвовал в создании в 1918-м Белорусской народной республики и стал ее премьер-министром. Однако молодому государству была предопределена трагическая судьба. По Рижскому мирному договору 1921 г. Пинщина, как и вся Западная Беларусь, отошла Польше.

Местные рассказывают, что во время польско-советской войны местное население, которое поддерживало большевиков, совершило роковую ошибку: выбежало встречать с красными транспарантами поезд, полный польских солдат. Роман Скирмунт упал перед последними на колени, чтобы те не наказывали мужиков.

Большевики же, которых так ждали местные, пришли в 1939-м и Романа Скирмунта не пожалели. Председатель сельсовета велел отвести его и его шурина Болеслава в Пинск. Не доходя до города, в лесу, их остановили, дали в руки лопаты и приказали копать себе могилы. Роман Скирмунт, которому на тот момент исполнился 71 год, оперся о дерево и сказал: «Я не заслужил, чтобы себе самому копать могилу». Обоих, расстреляв, сбросили в яму, даже толком не присыпав. А часы, которые были на руке Романа Скирмунта, забрал себе один из исполнителей, по фамилии Пархомчук. Позже он рассказывал знакомым, что на годовщину убийства часы останавливались.