Виктор Ерофеев: “Россия достойна такого кандидата как Собчак“
Писатель Виктор Ерофеев прокомментировал намерение телеведущей Ксении Собчак баллотироваться в президенты России.
«Вот часто говорят, что Кремль — дурак, что он ничего уже не придумает, кроме показательных репрессий и мракобесия, что у него в запасе лишь влюбленная в государя депутатка-некрофилка. Но к мракобесию привыкли, а некрофилка надоела, – пишет Виктор Ерофеев в статье на «Снобе». – Кремль взял палку и разворошил муравейник оппозиции одним махом — назначил на временную должность кандидата в президенты РФ талантливую, яркую, совсем не глупую актрису, главной ролью которой является ее собственная жизнь».
Автор «Русского апокалипсиса» философски замечает о этому поводу:
Ерофеев описывает и другие роли:
«Непримиримая оппозиция, стремящаяся своих врагов выставить смешными и голыми, а в будущем провести новый Нюрнбергский процесс или отправить главаря воров и жуликов в Гаагу, отравилась новостью о кандидатке и будет ее систематически добивать с упорством маньяков.
Зрелые мастера культуры тоже против. Я помню одного из них, замечательного человека, который на мое предложение назначить нашу актрису жизни на роль русской красавицы в спектакле его театра воскликнул: «Вы бы мне еще макаку предложили!»
Теперь макака станет ньюсмейкером имперского размаха в течение будущих месяцев и выработает, отточит свое собственное презрение к бессильной интеллигентской элите.
Мой водитель, тамбовский парень Миша, спросил:
— Вы слышали новость?
— Ну?
— Это не цирк. Это хуже цирка!
Миша — народ. Простой народ, способный на выживание даже в наших тюрьмах и лагерях. Ему макака не указ. Ему разведчик хоть и опротивел, но все же тот лучше.
Так Кремлем и задумывалось.
Что же касается сверстников макаки и молодежи: они расколются, но в основном все это выльется в равнодушие, которого и так хватает. Будет зависть, будет раздражение, будут хи-хи, ха-ха, но наша актриса — опытный капитан в море глупости. Она выкрутится. Если только ее по дороге не бросит Кремль. Но и тогда она выползет из горящего танка и выкрутится. Она действительно будет против всех: и против тех, кто против нее, и тайно против тех, кто за нее.
Она прошла через медные трубы.
Она поняла, что наша родина достойна ее кандидатуры. Она окажется опытнее Хакамады и Прохорова, потому что она знает законы и беззакония сцены, бессовестность роли, смехотворность земного рая, бездарность политиков как класса.
Я помню, как дворовые девчонки мечтали быть, как она, насмотревшись ее в телевизоре. Девчонки утонули в потоке жизни, постарели, актрисами не стали и вряд ли пойдут голосовать за нее. Но есть гопники — не мой шофер Миша, а развеселые гопники и придурки. Этих можно попробовать соблазнить.
Да и что она теперь, родина гопников? Для нее актриса — лучший выбор. Россия достойна такого кандидата. Поздно удивляться. Все уничтожены. Осталось только играть на сцене собственной жизни.
Кремль прав. Это как помочиться на пожар лилипутов. Протесты, глядишь, и затихнут слегка. Драка будет внутри протеста.
Кремль когда-то неминуемо рухнет, но непримиримые, сложившаяся каста, будут не лучше. Такое же непролазное хамство. Такое же невежество. Такое же незнание человеческой природы…»
«Вот часто говорят, что Кремль — дурак, что он ничего уже не придумает, кроме показательных репрессий и мракобесия, что у него в запасе лишь влюбленная в государя депутатка-некрофилка. Но к мракобесию привыкли, а некрофилка надоела, – пишет Виктор Ерофеев в статье на «Снобе». – Кремль взял палку и разворошил муравейник оппозиции одним махом — назначил на временную должность кандидата в президенты РФ талантливую, яркую, совсем не глупую актрису, главной ролью которой является ее собственная жизнь».
Автор «Русского апокалипсиса» философски замечает о этому поводу:
«Жизнь страны немыслима без обмана. Почему на актрисе должно случиться исключение?»
Ерофеев описывает и другие роли:
«Непримиримая оппозиция, стремящаяся своих врагов выставить смешными и голыми, а в будущем провести новый Нюрнбергский процесс или отправить главаря воров и жуликов в Гаагу, отравилась новостью о кандидатке и будет ее систематически добивать с упорством маньяков.
Зрелые мастера культуры тоже против. Я помню одного из них, замечательного человека, который на мое предложение назначить нашу актрису жизни на роль русской красавицы в спектакле его театра воскликнул: «Вы бы мне еще макаку предложили!»
Теперь макака станет ньюсмейкером имперского размаха в течение будущих месяцев и выработает, отточит свое собственное презрение к бессильной интеллигентской элите.
Мой водитель, тамбовский парень Миша, спросил:
— Вы слышали новость?
— Ну?
— Это не цирк. Это хуже цирка!
Миша — народ. Простой народ, способный на выживание даже в наших тюрьмах и лагерях. Ему макака не указ. Ему разведчик хоть и опротивел, но все же тот лучше.
Так Кремлем и задумывалось.
Что же касается сверстников макаки и молодежи: они расколются, но в основном все это выльется в равнодушие, которого и так хватает. Будет зависть, будет раздражение, будут хи-хи, ха-ха, но наша актриса — опытный капитан в море глупости. Она выкрутится. Если только ее по дороге не бросит Кремль. Но и тогда она выползет из горящего танка и выкрутится. Она действительно будет против всех: и против тех, кто против нее, и тайно против тех, кто за нее.
Она прошла через медные трубы.
Она поняла, что наша родина достойна ее кандидатуры. Она окажется опытнее Хакамады и Прохорова, потому что она знает законы и беззакония сцены, бессовестность роли, смехотворность земного рая, бездарность политиков как класса.
Я помню, как дворовые девчонки мечтали быть, как она, насмотревшись ее в телевизоре. Девчонки утонули в потоке жизни, постарели, актрисами не стали и вряд ли пойдут голосовать за нее. Но есть гопники — не мой шофер Миша, а развеселые гопники и придурки. Этих можно попробовать соблазнить.
Да и что она теперь, родина гопников? Для нее актриса — лучший выбор. Россия достойна такого кандидата. Поздно удивляться. Все уничтожены. Осталось только играть на сцене собственной жизни.
Кремль прав. Это как помочиться на пожар лилипутов. Протесты, глядишь, и затихнут слегка. Драка будет внутри протеста.
Кремль когда-то неминуемо рухнет, но непримиримые, сложившаяся каста, будут не лучше. Такое же непролазное хамство. Такое же невежество. Такое же незнание человеческой природы…»