Инвалид в Cлуцком районе живёт без света, газа и воды
Инвалид детства Ирина Кажуро уже второй год живёт в квартире без света, газа и горячей воды. Её пенсии в 150 рублей не хватает, чтобы покрыть накопившиеся долги за коммунальные услуги.
Пустой холодильник, вместо раковины на кухне ведро, на столе помидоры и хлеб — продукты на завтрак, обед и ужин. Каждое утро Ирина встаёт с мыслью: где найти еду.
Ирина Кажуро — инвалид детства. Одинока. Сын без её согласия продал квартиру в Минске и перевёз мать в Селище. Она второй год живёт без воды, газа и света и просит помочь ей выжить.
Ирине Кажуро 54 года. Она родилась и выросла в Минске в обычной семье: мать работала поваром в столовой, отец — рабочим. Несмотря на врождённое заболевание, Ирина окончила школу, училище, работала швеёй на производстве, потом надомницей.
Семейная жизнь Ирины не сложилась. Через 1,5 года после замужества супруги развелись. «Муж любил приложиться к бутылке. Пьяный скандалил, мог и руку поднять».
Сына Дмитрия воспитывала сама, помогали родители. Учился мальчик неплохо, получил профессию облицовщика и работал на стройке.
«Неприятности начались, когда Дима связался с плохой компанией, — вспоминает Ирина. — Каких-то людей стал в квартиру приводить, гулянки устраивать, скандалил со мной и мамой, буянил. Отец к этому времени уже умер, защитить было некому».
Позже у матери Ирины случился инсульт, её парализовало. Дочь, как могла, ухаживала за ней, но через несколько месяцев — в январе 2013 года — мать скончалась.
Дружки подбили сына на аферу с квартирой или сам он это придумал, сейчас уже установить невозможно. Каким-то образом он выписал Ирину из минской квартиры и прописал в Селище. Квартиру продал, но никаких денег от продажи женщина не видела. Она говорит, что и сыну ничего не досталось, посредники напоили и обманули.
Уже в марте 2013 года Ирина оказалась совсем одна в незнакомой деревне Селище. Сын переселился в общежитие и остался в Минске.
C первого взгляда дом, в который сын перевёз Ирину, нормальный: двухэтажный, кирпичный, на два подъезда. Её вселили в двухкомнатную квартиру с лоджией.
Ирина попыталась как-то наладить жизнь, найти работу. В деревне места для неё не было: из-за болезни тяжёлый труд ей не под силу, а швейная машинка, на которой могла бы работать, при переезде исчезла. В Слуцкой службе занятости ей тоже ничего не предложили.
Ирина получает пенсию по 2 группе инвалидности — 150 рублей. Сначала она платила коммунальные платежи сама, а оставшиеся средства пыталась экономить до следующей пенсии. Потом сын стал приезжать, со скандалами забирал часть денег, говорил, что платит за квартиру сам, но, как выяснилось позже, не делал этого.
От дей женщина узнала, что он употреблял наркотики. В январе 2017 года сын умер при невыясненных обстоятельствах.
В деревне знали о бедственном положении Ирины. Соседи давали ей иногда продукты, домашние заготовки, подкармливали.
Примерно год назад за долги в квартире Ирины отключили газ, свет и горячую воду.
«Зимой было очень плохо, — рассказывает собеседница. — Темнеет рано, в квартире холодно, чай вскипятить, чтобы согреться, не на чем. Батареи чуть тёплые. Надену на себя кофту, куртку, тёплые носки, штаны, укроюсь и лежу, молюсь. Когда есть свечка — зажигаю. По квартире хожу с фонариком. Летом было хорошо, нагрею на солнце воду, постираю и помоюсь тёплой водой, а так приходится холодной». Несмотря на отсутствие благ, Ирина одета чисто. Стрижётся сама.
Каждый день она борется за выживание. Встаёт с мыслью: где найти еду. Вчера на завтрак была вода с хлебом, на обед — помидоры с хлебом, на ужин — тоже. Соседи иногда дают картошку, но сварить её не на чем, так же как суп или кашу.
В квартире мало мебели: продавленный диван, стол, два стула, буфет 1960-х годов, в котором ряды книг. В платяном шкафу на плечиках висят вещи из той же эпохи. Шторки Ирина смастерила сама из обрезков ткани. На кухне — пустой холодильник, пустая тумбочка, скамья с вёдрами, таз с замоченным для стирки бельём. На столе в пакете — ломоть хлеба и несколько помидоров.
Единственная ценность — старый кнопочный телефон, который она постоянно носит в чехольчике на шее. В нём хранится листок с телефонами председателя сельсовета, участкового и председателя Красного Креста — людей, которым Ирина ещё верит. Телефон ей разрешают заряжать в сельсовете.
Несколько раз в неделю она ездит в Слуцк, чтобы сходить в Михайловский собор, костёл, Красный Крест. Здесь её выслушивают и помогают.
«Ирина приходит несколько раз в месяц, — рассказывает Татьяна Данилович, председатель Слуцкого отделения Красного Креста. — Она человек спокойный, непьющий, разговаривает вежливо. Мы даём тёплые вещи, продукты. Но разовая помощь не решит все её проблемы».
Долг за коммунальные услуги, свет, воду у Ирины сейчас превышает 2 тысячи рублей. Кроме того, к ней приходят письма от сотовых операторов, по которым за покупку телефона она якобы должна выплачивать кредит. Ирина говорит, что не покупала смартфон и что подпись на договоре не её, но здесь нужна помощь милиции.
У работников сельсовета свой взгляд на проблему. «Для нашего посёлка случай, когда человек живёт без света, газа и воды, исключительный. Но она должна сама думать, — говорит Оксана Тарасевич, управделами сельсовета. — Получила пенсию — заплати за квартиру, а потом, что осталось, — растягивай, чтобы хватило на месяц».
Правда, как растянуть сто с небольшим рублей и какие продукты можно купить, учитывая, что приготовить пищу невозможно, управделами не сказала и вариантов выхода из ситуации не предложила.
Слуцкая организация Красного Креста предлагает объявить сбор средств, для того, чтобы погасить долг Ирины за квартиру, потому что угроза остаться без крыши над головой для неё весьма вероятна.
Пустой холодильник, вместо раковины на кухне ведро, на столе помидоры и хлеб — продукты на завтрак, обед и ужин. Каждое утро Ирина встаёт с мыслью: где найти еду.
Ирина Кажуро — инвалид детства. Одинока. Сын без её согласия продал квартиру в Минске и перевёз мать в Селище. Она второй год живёт без воды, газа и света и просит помочь ей выжить.
Ирине Кажуро 54 года. Она родилась и выросла в Минске в обычной семье: мать работала поваром в столовой, отец — рабочим. Несмотря на врождённое заболевание, Ирина окончила школу, училище, работала швеёй на производстве, потом надомницей.
Семейная жизнь Ирины не сложилась. Через 1,5 года после замужества супруги развелись. «Муж любил приложиться к бутылке. Пьяный скандалил, мог и руку поднять».
Сына Дмитрия воспитывала сама, помогали родители. Учился мальчик неплохо, получил профессию облицовщика и работал на стройке.
«Неприятности начались, когда Дима связался с плохой компанией, — вспоминает Ирина. — Каких-то людей стал в квартиру приводить, гулянки устраивать, скандалил со мной и мамой, буянил. Отец к этому времени уже умер, защитить было некому».
Позже у матери Ирины случился инсульт, её парализовало. Дочь, как могла, ухаживала за ней, но через несколько месяцев — в январе 2013 года — мать скончалась.
Дружки подбили сына на аферу с квартирой или сам он это придумал, сейчас уже установить невозможно. Каким-то образом он выписал Ирину из минской квартиры и прописал в Селище. Квартиру продал, но никаких денег от продажи женщина не видела. Она говорит, что и сыну ничего не досталось, посредники напоили и обманули.
Уже в марте 2013 года Ирина оказалась совсем одна в незнакомой деревне Селище. Сын переселился в общежитие и остался в Минске.
C первого взгляда дом, в который сын перевёз Ирину, нормальный: двухэтажный, кирпичный, на два подъезда. Её вселили в двухкомнатную квартиру с лоджией.
Ирина попыталась как-то наладить жизнь, найти работу. В деревне места для неё не было: из-за болезни тяжёлый труд ей не под силу, а швейная машинка, на которой могла бы работать, при переезде исчезла. В Слуцкой службе занятости ей тоже ничего не предложили.
Ирина получает пенсию по 2 группе инвалидности — 150 рублей. Сначала она платила коммунальные платежи сама, а оставшиеся средства пыталась экономить до следующей пенсии. Потом сын стал приезжать, со скандалами забирал часть денег, говорил, что платит за квартиру сам, но, как выяснилось позже, не делал этого.
От дей женщина узнала, что он употреблял наркотики. В январе 2017 года сын умер при невыясненных обстоятельствах.
В деревне знали о бедственном положении Ирины. Соседи давали ей иногда продукты, домашние заготовки, подкармливали.
Примерно год назад за долги в квартире Ирины отключили газ, свет и горячую воду.
«Зимой было очень плохо, — рассказывает собеседница. — Темнеет рано, в квартире холодно, чай вскипятить, чтобы согреться, не на чем. Батареи чуть тёплые. Надену на себя кофту, куртку, тёплые носки, штаны, укроюсь и лежу, молюсь. Когда есть свечка — зажигаю. По квартире хожу с фонариком. Летом было хорошо, нагрею на солнце воду, постираю и помоюсь тёплой водой, а так приходится холодной». Несмотря на отсутствие благ, Ирина одета чисто. Стрижётся сама.
Каждый день она борется за выживание. Встаёт с мыслью: где найти еду. Вчера на завтрак была вода с хлебом, на обед — помидоры с хлебом, на ужин — тоже. Соседи иногда дают картошку, но сварить её не на чем, так же как суп или кашу.
В квартире мало мебели: продавленный диван, стол, два стула, буфет 1960-х годов, в котором ряды книг. В платяном шкафу на плечиках висят вещи из той же эпохи. Шторки Ирина смастерила сама из обрезков ткани. На кухне — пустой холодильник, пустая тумбочка, скамья с вёдрами, таз с замоченным для стирки бельём. На столе в пакете — ломоть хлеба и несколько помидоров.
Единственная ценность — старый кнопочный телефон, который она постоянно носит в чехольчике на шее. В нём хранится листок с телефонами председателя сельсовета, участкового и председателя Красного Креста — людей, которым Ирина ещё верит. Телефон ей разрешают заряжать в сельсовете.
Несколько раз в неделю она ездит в Слуцк, чтобы сходить в Михайловский собор, костёл, Красный Крест. Здесь её выслушивают и помогают.
«Ирина приходит несколько раз в месяц, — рассказывает Татьяна Данилович, председатель Слуцкого отделения Красного Креста. — Она человек спокойный, непьющий, разговаривает вежливо. Мы даём тёплые вещи, продукты. Но разовая помощь не решит все её проблемы».
Долг за коммунальные услуги, свет, воду у Ирины сейчас превышает 2 тысячи рублей. Кроме того, к ней приходят письма от сотовых операторов, по которым за покупку телефона она якобы должна выплачивать кредит. Ирина говорит, что не покупала смартфон и что подпись на договоре не её, но здесь нужна помощь милиции.
У работников сельсовета свой взгляд на проблему. «Для нашего посёлка случай, когда человек живёт без света, газа и воды, исключительный. Но она должна сама думать, — говорит Оксана Тарасевич, управделами сельсовета. — Получила пенсию — заплати за квартиру, а потом, что осталось, — растягивай, чтобы хватило на месяц».
Правда, как растянуть сто с небольшим рублей и какие продукты можно купить, учитывая, что приготовить пищу невозможно, управделами не сказала и вариантов выхода из ситуации не предложила.
Слуцкая организация Красного Креста предлагает объявить сбор средств, для того, чтобы погасить долг Ирины за квартиру, потому что угроза остаться без крыши над головой для неё весьма вероятна.