Чувствует ли страна паралич государственной власти?

Александр Лукашенко на совещании со своей администрацией в очередной раз поставил задачу - провести совещания об актуальных проблемах жизни страны. Что мешало главе государства делать это раньше? Чувствует ли президент кризис управления? Одинаковы ли приоритеты у властей и общества?

Участники: политолог Сергей Николюк и директор Института политических исследований «Политическая сфера» Андрей Казакевич.


Казакевич: «Думаю, до паралича еще очень далеко»

Карбалевич: «В пятницу 23 июня Лукашенко объявил, что каждый квартал нужно проводить большие совещания с участием правящей вертикали по самым актуальным вопросам жизни страны и общества. Он анонсировал совещания по вопросам ЖКХ, сельского хозяйства, образования, предпринимательства. Кажется, ничего необычного, все правильно. Если бы не одна деталь.

Сейчас уже мало кто помнит, что еще 10 декабря 2013 года Лукашенко пообещал подобные совещания делать регулярными, анонсировал, что два следующих совещания будут посвящены проблемам ЖКХ и развитию агропромышленного комплекса. Скоро исполнится четыре года, как были обнародованы те планы. Но никаких подобных совещаний не произошло.

Также было обещание провести большое совещание по вопросам реформирования государственной собственности, по реформированию избирательного законодательства, по итогам первого квартала. Скоро закончится второй квартал, а совещания все нет. Что это означает? Паралич государственного управления?



Сергей Николюк: «Паралич управления очевиден. Мы наблюдаем то, что один российский историк, специалист по вопросам революции, назвал "организационной компонентой кризиса".

Вспомним, как в 2013 году власть решила провести массовую модернизацию предприятий. Все госпредприятия разрабатывали бизнес-планы. Под них они получили деньги от государства. И все закончилось потерями.

С тех пор власти решают проблемы за счет организационных мероприятий. Во-первых, это дешево. Во-вторых, ничего другого у властей нет. Методы у бюрократии традиционные: если есть проблема, то нужно провести совещание, назначить комиссию и др.

А нынешняя особенность кризиса заключается в том, что даже мероприятия провести не могут. А если и появляются новые документы, то они не выполняются. Вот теперь заговорили, что нужно раскрепостить бизнес. Но его уже "раскрепощали" несколько раз. Была директива № 4 о развитии предпринимательства от 31 декабря 2010 года. Я вот недавно читал выступление Лукашенко на Первом Всебелорусском народном собрании 1996 года. Там также он говорил, что нужно раскрепостить бизнес, который замучили проверками. Результатов нет. И вот снова об этом говорят. Такая система».



Андрей Казакевич: «Думаю, до паралича еще очень далеко. Я бы это описал как сбой, неполадки государственного управления. Очевидно, что многие решения в социально-экономической области не выполняются. Некоторые вопросы озвучиваются, но не переходят в стадию выполнения. Это говорит о том, что действительно существуют системные проблемы, признаки кризиса. Ведь не появляются новые идеи».


Почему подавлять протесты у властей получается, а развивать экономику - нет?

Карбалевич: «А может быть, все проще. То, что волнует общество, независимых экспертов, совсем не волнует самого Лукашенко. У них разные приоритеты. И когда появляется проблема, которая сильно волнует главу государства, то она быстро решается. Вот когда надо было подавить уличные протесты, власти действовали быстро и решительно. А с экономикой ничего не делается».

Николюк: «Власть действует по принципу: ломать не строить. Если нужно что-то запретить, например, уличные протесты, то здесь власть имеет большие успехи.

Но если от власти требуется решить вопросы развития, то эти вопросы не решаются. Они в принципе не могут быть решены. Ибо мы имеем не просто кризис управления, мы имеем кризис культуры.

Один маленький пример. В 1997 году над Гуамом разбился "Боинг-747". Анализ показал, что в плохую погоду командир экипажа ошибся. А его второй пилот не решился перечить. Это проблема культуры. В социологии есть такое понятие "индекс дистанции власти". Он характеризует, насколько люди могут сотрудничать в иераохии власти.

Так вот в Беларуси этот индекс зашкаливает. Белорусская вертикаль состоит из большого числа таких кабин пилотов. В таких кабинах никакой дискуссии нет. И имеем соответствующий результат.

Вспомним, как перед президентскими выборами 2010 года Лукашенко дал приказ довести среднюю зарплату в стране до 500 долларов. Многим в экономическом блоке правительства было ясно, что это закончится катастрофой. Кто-нибудь возразил?»

Карбалевич: «Так теперь повторяется та же ситуация».

Николюк: «Да. Но отличие в том, что в 2010 году ее реально выполняли, а сейчас - нет».

Карбалевич: «Неправда. До каждой отрасли, предприятия, региона доведено задание, графики, чтобы постепенно к концу года выйти на 1 тысячу рублей».

Николюк: «Но, по данным Белстата, у нас доходы населения продолжают падать, хотя зарплаты, правда, немного выросли. Если задача будет выполнена, то на финише мы получим тот же результат, как и в 2011 году».

Казакевич: «Задача подавить протесты и задача развития экономики - это задачи совершенно разного масштаба. Первая задача - локальная. Для ее выполнения есть все ресурсы: дееспособный госаппарат, силовые структуры.

А вот в сфере социально-экономической нельзя решить проблему с помощью простых схем, директив. Здесь недостаточно административных решений. Это должны быть комплексные решения, например, по стимулированию экономической активности, частной инициативы. При этом эффект от таких решений будет только через несколько лет».


Почему власть не способна обеспечить развитие страны?

Карбалевич: «Г-н. Николюк, вы говорите, что власть не способна обеспечить развитие. А может, такая задача и не ставится? В общем, сам Лукашенко чувствует кризис управления?»

Николюк: «Думаю, он осознает этот кризис. В любом большом выступлении, например, когда он произносит послание в Национальном собрании, то там всегда есть блок, посвященный повышению эффективности деятельности власти.

Но проблема не в том, что плохо разрабатываются программы. СССР развалился потому, что не смог перейти от индустриальной экономики к постиндустриальной. В индустриальной экономике все задачи решались путем приказов из центра, пусть и через колоссальные жертвы.

А задачи постиндустриальной экономики не могут быть решены таким путем. Поэтому проблема не в том, что из центра поступают непрофессиональные приказы. Центр вообще не должен давать приказы. Задача власти заключается в создании благоприятных условий для субъектов хозяйствования. А они не созданы. Поэтому в Беларусь не идут иностранные инвестиции, и поэтому приходится брать займы, размещать евробонды под высокие проценты».

Казакевич: «Да, та экономическая и политическая система, созданная в 1990-х годах, задачу или цель развития никогда не ставила. Все направлено на то, чтобы сохранить то, что есть».