Готовит ли Лукашенко операцию “Преемник“?
Назревающие изменения в Конституции Беларуси вновь наводят аналитиков на мысль, что Александр Лукашенко собирается передать власть одному из своих сыновей.
Белорусские и российские политологи даже описывают схемы того, как провести операцию "Преемник", одновременно изменив и политическое устройство государства. Да и опыт, на который можно опереться, уже есть: сценарий передачи президентской власти от отца к сыну на постсоветском пространстве отработан.
Перекроить Конституцию
7 октября Александр Лукашенко выступил с пространной речью перед депутатами палаты представителей 5-го и 6-го созывов — то есть перед уходящим и приходящим составами парламента страны. Неожиданно для всех он заговорил о возможном изменении Конституции. "Мир стремительно меняется. Мы должны адаптироваться к меняющимся условиям, чтобы не только не потерять занятые нами ниши, но и найти новые, — так объяснил Александр Лукашенко необходимость корректировать основной закон. — Попробуем подойти к этому вопросу с разных сторон. Аккуратно, чтобы не сделать хуже. Появились новые проблемы, вызовы, да и время, наверное, требует чего-то нового. И начинать надо с главного, если мы решимся на это. Нам надо создать группу мудрецов, юристов, которые проанализируют основной закон".
Надо сказать, что белорусский президент уже трижды менял Конституцию через референдум — в 1995, 1996 и 2004 годах. Конституционный референдум 1996 года едва не закончился для Лукашенко импичментом, и только вмешательство руководства России позволило ему удержаться у власти. Плебисцит 2004 года снял ограничение по числу сроков, на которые Лукашенко может избираться президентом.
Белорусскую Конституцию перепишут под Николая Лукашенко?
Сегодня белорусский лидер имеет весьма широкие полномочия: он издаёт указы, декреты и директивы — документы, имеющие статус законов, а парламент практически по всем вопросам единогласно голосует за. Более того, законодательная ветвь белорусской власти после конституционной реформы 1996 года вообще минимизировала свою активность — так, предыдущий созыв палаты представителей (нижняя палата парламента) за весь срок своей работы внёс всего три законопроекта.
Заявление Лукашенко о необходимости вновь пересмотреть Конституцию подтолкнуло наблюдателей к мысли, что теперь речь пойдёт о закреплении власти уже за семьёй Лукашенко — то есть на власть будет претендовать кто-то из троих его сыновей.
Лукашенко меняет Конституцию, чтобы передать власть старшему сыну?
Первым, кто озвучил это предположение, был белорусский политик, бывший руководитель депутатской группы "Республика" Сергей Скребец. Со ссылкой на "надёжный источник" он заявил изданию "Белорусская правда", что сценарий передачи власти старшему сыну Виктору Лукашенко уже одобрен: "На референдум вынесут два вопроса: отмену смертной казни (для отвода глаз) и выборы президента парламентом. Виктор Лукашенко назначается, например, главой Гродненской области и автоматически входит в верхнюю палату — Совет республики. А потом депутаты торжественно выбирают из своего окружения нового президента. Этот сценарий уже одобрен".
Азербайджанский сценарий
Белорусская власть не изобретает ничего нового: сценарий передачи президентской власти сыновьям на постсоветском пространстве уже отработан — в Азербайджане. В 2003 году скончавшегося Гейдара Алиева на посту президента страны сменил его сын Ильхам Алиев. Затем, в конце 2005-го незадолго до очередных парламентских выборов несколько высокопоставленных чиновников лишились своих постов и были арестованы по подозрению в подготовке государственного переворота.
В 2008 году Ильхам Алиев был переизбран на второй срок, а в 2013-м — на третий. Пойти на этот шаг ему позволил референдум 2009 года, который снял ограничения на число президентских сроков — точно так же, как белорусский референдум 2004 года.
26 сентября нынешнего года в Азербайджане вновь прошёл плебисцит — по внесению шести новых статей в Конституцию страны и 23 поправок в существующие статьи. Главными вопросами референдума было продление полномочий президента с пяти до семи лет, отмена минимально допустимого возраста для кандидатов на пост главы государства, введение поста вице-президента и другие административные реформы. Подавляющее большинство граждан Азербайджана проголосовали за, так что теперь в стране могут появиться два вице-президента. Чиновник, занимающий пост первого вице-президента, должен заменить главу Азербайджана, если тот потеряет возможность исполнять свои обязанности.
Следующие президентские выборы пройдут в Азербайджане в 2018-м, а затем — в 2025 году. К тому времени Ильхаму Алиеву будет 63 года, а его единственному сыну, Гейдару Алиеву-младшему, — 28 лет. Несложно догадаться, что отмена нижней планки для избрания главой государства потребовалась как раз для утверждения сына действующего президента в ранге преемника.
Альтернативный вариант
Между тем, многие аналитики в Москве и Минске полагают, что передача власти действительно готовится — от Лукашенко, но не кому-то из его сыновей. В качестве преемника называют, в частности, экс-главу администрации Лукашенко, а ныне — министра иностранных дел Владимира Макея. В Беларуси у него имидж достаточно жёсткого управленца, но при этом с выраженной прозападной позицией. Тем не менее широкой публике он мало известен, и именно поэтому, заключают эксперты, нужен механизм избрания президента парламентом.
"Желанным гостем в европейских столицах сегодня является министр иностранных дел республики Владимир Макей. Его называют серым кардиналом белорусской политики. Макей является негласным покровителем и куратором почти всех белорусских общественных политических организаций и аналитических центров, получающих финансирование из-за рубежа и из администрации Лукашенко, — комментирует эксперт московской Высшей школы экономики Дмитрий Болкунец. — В бытность главой администрации президента Владимир Макей курировал дискуссионные обсуждения внешней и внутренней политики. В роли главы МИД он продолжает встречаться с экспертами и поддерживать международные конференции, выверяя программы и списки участников. Под покровительством главы белорусского МИДа в Минске неоднократно проводились закрытые конференции по безопасности в Европе с участием сотрудников ЦРУ и НАТО. Владимир Макей мечтает о нейтральном статусе Беларуси и не видит угрозы безопасности в размещении войск НАТО в соседних странах".
По информации Болкунца, западные политики уже открыто называют Макея в качестве наиболее удобного преемника Лукашенко.
"Старший сын белорусского руководителя видит Владимира Макея в качестве союзника в противостоянии мнимой угрозе, якобы исходящей из Москвы. Ходят слухи, что кандидатуру Владимира Макея всерьёз рассматривают в качестве возможного преемника, который сможет обеспечить гарантии безопасности семье и ближайшему окружению Лукашенко", — утверждает Дмитрий Болкунец.
"Лукашенко может оставить наследника, но где гарантии, что чиновничья элита вся не соберётся против и не «съест» преемника? Таких гарантий нет, так как преемник должен обладать харизмой Лукашенко. А таких людей сегодня в политике республики нет и не предвидится. Даже среди силовиков, — пишет в статье для ИА Regnum Юрий Баранчик, исполнительный директор московского Института информационных войн. — Если говорить конкретно по персоналиям, то сегодня я вижу только две возможные кандидатуры преемника Александра Лукашенко — это Виктор Лукашенко, его сын, помощник по национальной безопасности, и Владимир Макей, нынешний министр иностранных дел. И если есть ещё надежда на то, что сын будет двигаться в русле политики отца, то этого абсолютно нельзя сказать в отношении Владимира Макея".
По мнению Баранчика, Виктор Лукашенко и Владимир Макей — главные претенденты на президентство после Лукашенко-старшего. И если сравнивать их аппаратный вес сегодня, то Владимир Макей легко обойдёт на президентских выборах Виктора Лукашенко.
"Такая ситуация будет в том случае, если Лукашенко не сможет передать власть преемнику ещё при жизни — страх у чиновников исчезнет, и они запросто "лягут" под Макея. Проект Макея предлагает европеизацию Беларуси, католизацию, отрыв от русского мира, вывод её из-под лобового столкновения России и Запада, превращение во вторую такую Швейцарию, где чиновники правят спокойным народом и капитализируют свои политические и чиновничьи активы", — заключает Баранчик.
Белорусские и российские политологи даже описывают схемы того, как провести операцию "Преемник", одновременно изменив и политическое устройство государства. Да и опыт, на который можно опереться, уже есть: сценарий передачи президентской власти от отца к сыну на постсоветском пространстве отработан.
Перекроить Конституцию
7 октября Александр Лукашенко выступил с пространной речью перед депутатами палаты представителей 5-го и 6-го созывов — то есть перед уходящим и приходящим составами парламента страны. Неожиданно для всех он заговорил о возможном изменении Конституции. "Мир стремительно меняется. Мы должны адаптироваться к меняющимся условиям, чтобы не только не потерять занятые нами ниши, но и найти новые, — так объяснил Александр Лукашенко необходимость корректировать основной закон. — Попробуем подойти к этому вопросу с разных сторон. Аккуратно, чтобы не сделать хуже. Появились новые проблемы, вызовы, да и время, наверное, требует чего-то нового. И начинать надо с главного, если мы решимся на это. Нам надо создать группу мудрецов, юристов, которые проанализируют основной закон".
Надо сказать, что белорусский президент уже трижды менял Конституцию через референдум — в 1995, 1996 и 2004 годах. Конституционный референдум 1996 года едва не закончился для Лукашенко импичментом, и только вмешательство руководства России позволило ему удержаться у власти. Плебисцит 2004 года снял ограничение по числу сроков, на которые Лукашенко может избираться президентом.
Белорусскую Конституцию перепишут под Николая Лукашенко?
Сегодня белорусский лидер имеет весьма широкие полномочия: он издаёт указы, декреты и директивы — документы, имеющие статус законов, а парламент практически по всем вопросам единогласно голосует за. Более того, законодательная ветвь белорусской власти после конституционной реформы 1996 года вообще минимизировала свою активность — так, предыдущий созыв палаты представителей (нижняя палата парламента) за весь срок своей работы внёс всего три законопроекта.
Заявление Лукашенко о необходимости вновь пересмотреть Конституцию подтолкнуло наблюдателей к мысли, что теперь речь пойдёт о закреплении власти уже за семьёй Лукашенко — то есть на власть будет претендовать кто-то из троих его сыновей.
Лукашенко меняет Конституцию, чтобы передать власть старшему сыну?
Первым, кто озвучил это предположение, был белорусский политик, бывший руководитель депутатской группы "Республика" Сергей Скребец. Со ссылкой на "надёжный источник" он заявил изданию "Белорусская правда", что сценарий передачи власти старшему сыну Виктору Лукашенко уже одобрен: "На референдум вынесут два вопроса: отмену смертной казни (для отвода глаз) и выборы президента парламентом. Виктор Лукашенко назначается, например, главой Гродненской области и автоматически входит в верхнюю палату — Совет республики. А потом депутаты торжественно выбирают из своего окружения нового президента. Этот сценарий уже одобрен".
Азербайджанский сценарий
Белорусская власть не изобретает ничего нового: сценарий передачи президентской власти сыновьям на постсоветском пространстве уже отработан — в Азербайджане. В 2003 году скончавшегося Гейдара Алиева на посту президента страны сменил его сын Ильхам Алиев. Затем, в конце 2005-го незадолго до очередных парламентских выборов несколько высокопоставленных чиновников лишились своих постов и были арестованы по подозрению в подготовке государственного переворота.
В 2008 году Ильхам Алиев был переизбран на второй срок, а в 2013-м — на третий. Пойти на этот шаг ему позволил референдум 2009 года, который снял ограничения на число президентских сроков — точно так же, как белорусский референдум 2004 года.
26 сентября нынешнего года в Азербайджане вновь прошёл плебисцит — по внесению шести новых статей в Конституцию страны и 23 поправок в существующие статьи. Главными вопросами референдума было продление полномочий президента с пяти до семи лет, отмена минимально допустимого возраста для кандидатов на пост главы государства, введение поста вице-президента и другие административные реформы. Подавляющее большинство граждан Азербайджана проголосовали за, так что теперь в стране могут появиться два вице-президента. Чиновник, занимающий пост первого вице-президента, должен заменить главу Азербайджана, если тот потеряет возможность исполнять свои обязанности.
Следующие президентские выборы пройдут в Азербайджане в 2018-м, а затем — в 2025 году. К тому времени Ильхаму Алиеву будет 63 года, а его единственному сыну, Гейдару Алиеву-младшему, — 28 лет. Несложно догадаться, что отмена нижней планки для избрания главой государства потребовалась как раз для утверждения сына действующего президента в ранге преемника.
Альтернативный вариант
Между тем, многие аналитики в Москве и Минске полагают, что передача власти действительно готовится — от Лукашенко, но не кому-то из его сыновей. В качестве преемника называют, в частности, экс-главу администрации Лукашенко, а ныне — министра иностранных дел Владимира Макея. В Беларуси у него имидж достаточно жёсткого управленца, но при этом с выраженной прозападной позицией. Тем не менее широкой публике он мало известен, и именно поэтому, заключают эксперты, нужен механизм избрания президента парламентом.
"Желанным гостем в европейских столицах сегодня является министр иностранных дел республики Владимир Макей. Его называют серым кардиналом белорусской политики. Макей является негласным покровителем и куратором почти всех белорусских общественных политических организаций и аналитических центров, получающих финансирование из-за рубежа и из администрации Лукашенко, — комментирует эксперт московской Высшей школы экономики Дмитрий Болкунец. — В бытность главой администрации президента Владимир Макей курировал дискуссионные обсуждения внешней и внутренней политики. В роли главы МИД он продолжает встречаться с экспертами и поддерживать международные конференции, выверяя программы и списки участников. Под покровительством главы белорусского МИДа в Минске неоднократно проводились закрытые конференции по безопасности в Европе с участием сотрудников ЦРУ и НАТО. Владимир Макей мечтает о нейтральном статусе Беларуси и не видит угрозы безопасности в размещении войск НАТО в соседних странах".
По информации Болкунца, западные политики уже открыто называют Макея в качестве наиболее удобного преемника Лукашенко.
"Старший сын белорусского руководителя видит Владимира Макея в качестве союзника в противостоянии мнимой угрозе, якобы исходящей из Москвы. Ходят слухи, что кандидатуру Владимира Макея всерьёз рассматривают в качестве возможного преемника, который сможет обеспечить гарантии безопасности семье и ближайшему окружению Лукашенко", — утверждает Дмитрий Болкунец.
"Лукашенко может оставить наследника, но где гарантии, что чиновничья элита вся не соберётся против и не «съест» преемника? Таких гарантий нет, так как преемник должен обладать харизмой Лукашенко. А таких людей сегодня в политике республики нет и не предвидится. Даже среди силовиков, — пишет в статье для ИА Regnum Юрий Баранчик, исполнительный директор московского Института информационных войн. — Если говорить конкретно по персоналиям, то сегодня я вижу только две возможные кандидатуры преемника Александра Лукашенко — это Виктор Лукашенко, его сын, помощник по национальной безопасности, и Владимир Макей, нынешний министр иностранных дел. И если есть ещё надежда на то, что сын будет двигаться в русле политики отца, то этого абсолютно нельзя сказать в отношении Владимира Макея".
По мнению Баранчика, Виктор Лукашенко и Владимир Макей — главные претенденты на президентство после Лукашенко-старшего. И если сравнивать их аппаратный вес сегодня, то Владимир Макей легко обойдёт на президентских выборах Виктора Лукашенко.
"Такая ситуация будет в том случае, если Лукашенко не сможет передать власть преемнику ещё при жизни — страх у чиновников исчезнет, и они запросто "лягут" под Макея. Проект Макея предлагает европеизацию Беларуси, католизацию, отрыв от русского мира, вывод её из-под лобового столкновения России и Запада, превращение во вторую такую Швейцарию, где чиновники правят спокойным народом и капитализируют свои политические и чиновничьи активы", — заключает Баранчик.