Владимир Мацкевич: В послании Лукашенко заложена бомба замедленного действия
Фактически обозначены определенные группы населения – потенциальные враги, на которые будет перенаправлена агрессия недовольного населения в случае ухудшения ситуации в Беларуси.
29 апреля, во время послания белорусскому народу и Нацсобранию, Александр Лукашенко продемонстрировал худшие качества, которые ему присущи: агрессивность, ксенофобия, невежество. Лукашенко оказался в ситуации, когда ему не с чем обратиться ни к парламенту, ни к народу. И тогда в бой пошла демагогия.
О выступлении Лукашенко, потенциальных врагах народа и симуляции диалога с ЕС, глава Рады Международного консорциума "ЕвроБеларусь", философ и методолог Владимир Мацкевич рассказал пресс-службе организации.
- Послание Лукашенко народу и Нацсобранию в лучшем случае вызывает недоумение: ни формы, ни содержания. За чем вчера наблюдала вся страна?
- Существует традиция – регулярно исполнять определенные ритуалы. Регулярно выходит телепередача, которая должна быть интересной, смотрибельной, но не всегда есть хороший сюжет. Поэтому все регулярные вещи характеризуются перепадами качества.
И вот Беларусь заимствовала традицию регулярных отчетов президента перед парламентом – это нужно делать ежегодно. В этом году перенесли срок отчетности – с начала апреля на конец этого же месяца. Видимо, уже тогда возникли сложности: а что может сказать президент своему народу, когда страна находится в начале серьезного кризиса, как прогнозируют эксперты, когда идет война между двумя соседними странам, а Беларусь в той или иной форме вовлечена в войну. В этой ситуации президент обязан соблюсти традицию и отчитаться перед парламентом.
А сказать нечего, потому что у президента нет программы реформ, которые крайне необходимы стране: бизнес, все отрасли экономики, армия, образование, здравоохранение – все ждут начала реформ. В стране нет ни одной отрасли, которая не нуждалась бы в реформах. А у правительства и президента нет программы реформ, нет даже предложений, а идеи реформ, которые бродят в обществе и предлагаются руководству страны, в силу культивируемой долгие годы идеологии, неприемлемы.
Лукашенко оказался в ситуации, когда ему не с чем обратиться ни к парламенту, ни к народу. И тогда начинается демагогия, что мы и услышали вчера.
- До президентских выборов осталось шесть месяцев, в стране кризис. Народ ждет ответов на вопросы: куда идем и что делать? Что услышали мы вместо ответов?
- Нужно очень внимательно проанализировать – и с точки зрения содержания, и с точки зрения психологии – текст, который произнес Лукашенко.
В послании Лукашенко заложена бомба замедленного действия. Фактически обозначены определенные группы населения – потенциальные враги (если кризис затянется, а режим не начнет реформы), на которые с политического режима будет перенаправлена агрессия недовольного населения.
Наибольший резонанс вызвали антисемитские высказывания Лукашенко: о взятии под контроль ситуации с евреями и о какой-то нормализации отношений с евреями. Что это такое – из выступления Лукашенко понять невозможно, но это ясный сигнал, что антисемитская кампания может начаться. Остается только надеяться, что дело не дойдет до прямых погромов и репрессий.
Вторая группа, названная вскользь и факультативно, - церковь и церковные иерархи, с которыми, видимо, у Лукашенко сегодня обостряются отношения.
Следующая группа – анонимные инвесторы, которые не выполняют своих обязательств. В этом месте Лукашенко не оговаривает, что в стране коррупция, разного рода административные препоны очень сильно мешают инвесторам выполнять свои обязательства и достигать своих целей.
Еще одна группа потенциальных врагов – те же тунеядцы, о которых уже почти полгода говорит страна, и борьбу с которыми узаконил недавний декрет Лукашенко.
Последняя группа, которая может стать потенциальным врагом, - оппозиция. Хотя тональность Лукашенко по отношению к оппозиции вроде была другой: чиновникам предложено не бояться оппозиции – "не такая она гадкая", и вести с ней диалог. Это тоже понятная и объяснимая вещь: делать сегодня из полумертвой, даже почти мертвой оппозиции, врага, практически невозможно, в это никто не поверит: после 2006 года, после разгрома оппозиции сделать из нее действительную помеху режиму нереально.
Поэтому сегодня чиновникам предложено вступать в диалог с оппозицией, чтобы может быть позаимствовать какие-то идеи, ходы и поспособствовать дальнейшей нормализации отношений с Европой.
Названы потенциальные враги, на которые может быть обращена агрессия, и обозначены механизмы, с помощью которых можно пытаться и дальше водить за нос европейских дипломатов и политиков.
- О реальном диалоге общества, оппозиции с режимом говорить не приходится?
- Нет, конечно. Сегодня практически реальной оппозиции не осталось. Сил у оппозиции на то, чтобы включиться в реформирование страны и участвовать в реформах, просто нет.
Диалог в том исполнении, который предлагается Лукашенко, - не реальный диалог, а симуляция. Симуляция в очень привычной форме. Именно таким образом Лукашенко симулировал диалог в 1999-2000 годах под эгидой ОБСЕ, который ожидался; такие же симуляции следовали и все последующие годы, включая и последнюю инициативу Евросоюза "Европейский диалог по модернизации".
- Лукашенко в своей речи откровенно признал: "Мы – русский мир". Прозвучала такая фраза: "Я всем западникам, американцам говорю: "Мужики, если что-то произойдет, мы будем с Россией. Это наш союзник. Конечно, не дай Бог нам попасть в такую ситуацию, когда, вопреки всему, мы будем вынуждены поддерживать нашего союзника". Многие СМИ трактуют это заявление Лукашенко как готовность Беларуси выступить на стороне России в случае войны. Насколько обоснованы подобные выводы?
- Основания для таких выводов есть. Режим очень хотел бы дистанцироваться от России, от российской политики, но старые грехи не пускают. У режима фактически связаны руки, потому что вся армия, Вооруженные силы Беларуси находятся под полным контролем России, многие силовые ведомства имеют настолько тесные связи с аналогичными российскими ведомствами, что их достаточно трудно различить. Лукашенко не может полагаться на руководство армии и силовых структур, потому что если он пойдет против Кремля, то руководство этих ведомств выступит против него. Поэтому у Лукашенко нет возможности для маневра.
- Вчера также ничего внятного не прозвучало о сотрудничество с Евросоюзом, несмотря на накатывающую волну разморозки в белорусско-европейских отношениях.
- Думаю, это попытка избежать критики и действий со стороны Кремля.
Ничего не прозвучало об отношениях с Евросоюзом впрямую. Но косвенные намеки сделаны. Это касается и рассуждений про инвесторов, и про якобы диалог с оппозицией. Это завуалированный месседж в сторону Европы. Но прямых заявлений Лукашенко старался избегать именно потому, чтобы не обострять отношений с Кремлем.
- После вчерашнего послания лично у вас сложилась картинка предстоящей президентской
кампании?
- Устоявшееся отношение не поменялось. Ничего нового ждать не приходится, поэтому не думаю, что нужно что-то выискивать между строк. Кампания уже спланирована, она будет достаточно вялой. Единственная задача, которую будет решать режим с помощью административного ресурса, - привлечение людей на участки. В этом направлении уже предпринимаются усилия, с давлением даже на общественные организации. Организации третьего сектора ставятся в такую ситуацию, что их сотрудничество с местными властями напрямую увязывается с поведением во время избирательной кампании. Их ставят в положение, когда для решения своих задач они заинтересованы в привлечении людей на избирательные участки. С "выборами" никаких неожиданностей не предвидится.
Но из послания можно сделать вывод, что сегодня у Лукашенко нет надежной команды, нет консультантов, которые могли бы корректировать его выступления. Судя по всему, почти месячная задержка с посланием вызвана тем, что Лукашенко пришлось отказаться от услуг консультантов, дипломатов. Поэтому вчера он продемонстрировал худшие качества, которые ему присущи: агрессивность, ксенофобия, невежество даже в отношении тех вопросов, которыми он на протяжении всего срока правления должен был заниматься.
29 апреля, во время послания белорусскому народу и Нацсобранию, Александр Лукашенко продемонстрировал худшие качества, которые ему присущи: агрессивность, ксенофобия, невежество. Лукашенко оказался в ситуации, когда ему не с чем обратиться ни к парламенту, ни к народу. И тогда в бой пошла демагогия.
О выступлении Лукашенко, потенциальных врагах народа и симуляции диалога с ЕС, глава Рады Международного консорциума "ЕвроБеларусь", философ и методолог Владимир Мацкевич рассказал пресс-службе организации.
- Послание Лукашенко народу и Нацсобранию в лучшем случае вызывает недоумение: ни формы, ни содержания. За чем вчера наблюдала вся страна?
- Существует традиция – регулярно исполнять определенные ритуалы. Регулярно выходит телепередача, которая должна быть интересной, смотрибельной, но не всегда есть хороший сюжет. Поэтому все регулярные вещи характеризуются перепадами качества.
И вот Беларусь заимствовала традицию регулярных отчетов президента перед парламентом – это нужно делать ежегодно. В этом году перенесли срок отчетности – с начала апреля на конец этого же месяца. Видимо, уже тогда возникли сложности: а что может сказать президент своему народу, когда страна находится в начале серьезного кризиса, как прогнозируют эксперты, когда идет война между двумя соседними странам, а Беларусь в той или иной форме вовлечена в войну. В этой ситуации президент обязан соблюсти традицию и отчитаться перед парламентом.
А сказать нечего, потому что у президента нет программы реформ, которые крайне необходимы стране: бизнес, все отрасли экономики, армия, образование, здравоохранение – все ждут начала реформ. В стране нет ни одной отрасли, которая не нуждалась бы в реформах. А у правительства и президента нет программы реформ, нет даже предложений, а идеи реформ, которые бродят в обществе и предлагаются руководству страны, в силу культивируемой долгие годы идеологии, неприемлемы.
Лукашенко оказался в ситуации, когда ему не с чем обратиться ни к парламенту, ни к народу. И тогда начинается демагогия, что мы и услышали вчера.
- До президентских выборов осталось шесть месяцев, в стране кризис. Народ ждет ответов на вопросы: куда идем и что делать? Что услышали мы вместо ответов?
- Нужно очень внимательно проанализировать – и с точки зрения содержания, и с точки зрения психологии – текст, который произнес Лукашенко.
В послании Лукашенко заложена бомба замедленного действия. Фактически обозначены определенные группы населения – потенциальные враги (если кризис затянется, а режим не начнет реформы), на которые с политического режима будет перенаправлена агрессия недовольного населения.
Наибольший резонанс вызвали антисемитские высказывания Лукашенко: о взятии под контроль ситуации с евреями и о какой-то нормализации отношений с евреями. Что это такое – из выступления Лукашенко понять невозможно, но это ясный сигнал, что антисемитская кампания может начаться. Остается только надеяться, что дело не дойдет до прямых погромов и репрессий.
Вторая группа, названная вскользь и факультативно, - церковь и церковные иерархи, с которыми, видимо, у Лукашенко сегодня обостряются отношения.
Следующая группа – анонимные инвесторы, которые не выполняют своих обязательств. В этом месте Лукашенко не оговаривает, что в стране коррупция, разного рода административные препоны очень сильно мешают инвесторам выполнять свои обязательства и достигать своих целей.
Еще одна группа потенциальных врагов – те же тунеядцы, о которых уже почти полгода говорит страна, и борьбу с которыми узаконил недавний декрет Лукашенко.
Последняя группа, которая может стать потенциальным врагом, - оппозиция. Хотя тональность Лукашенко по отношению к оппозиции вроде была другой: чиновникам предложено не бояться оппозиции – "не такая она гадкая", и вести с ней диалог. Это тоже понятная и объяснимая вещь: делать сегодня из полумертвой, даже почти мертвой оппозиции, врага, практически невозможно, в это никто не поверит: после 2006 года, после разгрома оппозиции сделать из нее действительную помеху режиму нереально.
Поэтому сегодня чиновникам предложено вступать в диалог с оппозицией, чтобы может быть позаимствовать какие-то идеи, ходы и поспособствовать дальнейшей нормализации отношений с Европой.
Названы потенциальные враги, на которые может быть обращена агрессия, и обозначены механизмы, с помощью которых можно пытаться и дальше водить за нос европейских дипломатов и политиков.
- О реальном диалоге общества, оппозиции с режимом говорить не приходится?
- Нет, конечно. Сегодня практически реальной оппозиции не осталось. Сил у оппозиции на то, чтобы включиться в реформирование страны и участвовать в реформах, просто нет.
Диалог в том исполнении, который предлагается Лукашенко, - не реальный диалог, а симуляция. Симуляция в очень привычной форме. Именно таким образом Лукашенко симулировал диалог в 1999-2000 годах под эгидой ОБСЕ, который ожидался; такие же симуляции следовали и все последующие годы, включая и последнюю инициативу Евросоюза "Европейский диалог по модернизации".
- Лукашенко в своей речи откровенно признал: "Мы – русский мир". Прозвучала такая фраза: "Я всем западникам, американцам говорю: "Мужики, если что-то произойдет, мы будем с Россией. Это наш союзник. Конечно, не дай Бог нам попасть в такую ситуацию, когда, вопреки всему, мы будем вынуждены поддерживать нашего союзника". Многие СМИ трактуют это заявление Лукашенко как готовность Беларуси выступить на стороне России в случае войны. Насколько обоснованы подобные выводы?
- Основания для таких выводов есть. Режим очень хотел бы дистанцироваться от России, от российской политики, но старые грехи не пускают. У режима фактически связаны руки, потому что вся армия, Вооруженные силы Беларуси находятся под полным контролем России, многие силовые ведомства имеют настолько тесные связи с аналогичными российскими ведомствами, что их достаточно трудно различить. Лукашенко не может полагаться на руководство армии и силовых структур, потому что если он пойдет против Кремля, то руководство этих ведомств выступит против него. Поэтому у Лукашенко нет возможности для маневра.
- Вчера также ничего внятного не прозвучало о сотрудничество с Евросоюзом, несмотря на накатывающую волну разморозки в белорусско-европейских отношениях.
- Думаю, это попытка избежать критики и действий со стороны Кремля.
Ничего не прозвучало об отношениях с Евросоюзом впрямую. Но косвенные намеки сделаны. Это касается и рассуждений про инвесторов, и про якобы диалог с оппозицией. Это завуалированный месседж в сторону Европы. Но прямых заявлений Лукашенко старался избегать именно потому, чтобы не обострять отношений с Кремлем.
- После вчерашнего послания лично у вас сложилась картинка предстоящей президентской
кампании?
- Устоявшееся отношение не поменялось. Ничего нового ждать не приходится, поэтому не думаю, что нужно что-то выискивать между строк. Кампания уже спланирована, она будет достаточно вялой. Единственная задача, которую будет решать режим с помощью административного ресурса, - привлечение людей на участки. В этом направлении уже предпринимаются усилия, с давлением даже на общественные организации. Организации третьего сектора ставятся в такую ситуацию, что их сотрудничество с местными властями напрямую увязывается с поведением во время избирательной кампании. Их ставят в положение, когда для решения своих задач они заинтересованы в привлечении людей на избирательные участки. С "выборами" никаких неожиданностей не предвидится.
Но из послания можно сделать вывод, что сегодня у Лукашенко нет надежной команды, нет консультантов, которые могли бы корректировать его выступления. Судя по всему, почти месячная задержка с посланием вызвана тем, что Лукашенко пришлось отказаться от услуг консультантов, дипломатов. Поэтому вчера он продемонстрировал худшие качества, которые ему присущи: агрессивность, ксенофобия, невежество даже в отношении тех вопросов, которыми он на протяжении всего срока правления должен был заниматься.