Пока Минск думал, оказалось, что выбора-то и нет

В воскресенье впервые Александр Лукашенко выступил с развернутым комментарием относительно украинского кризиса. Из этого комментария следует серьезная эволюция позиции Беларуси в отношении конфликта между Россией и Украиной.

До сих пор официальный Минск старался в этом противостоянии выдерживать линию нейтралитета. Заявление министра иностранных дел Беларуси Макея о необходимости сохранения территориальной целостности Украины вообще выглядело как поддержка Киева.

В ответах Лукашенко на вопросы журналистов также есть тезисы, которые можно трактовать как косвенную поддержку Украины. Он сказал, что нарушение принципа территориальной целостности южного соседа — это плохо. Ведь одним из последствий перехода Крыма в состав России может стать гонка ядерных вооружений. Глава Беларуси высказался против федерализацией Украины, что совершенно не совпадает с позицией Кремля.

Однако в целом можно говорить, что линия на нейтралитет Беларуси в российско-украинском конфликте отброшена. Лукашенко фактически поддержал Россию. Здесь важно не то, что он признал Крым де-факто частью РФ. Главное в том, что глава Беларуси оправдал Москву. Его объяснение действий РФ в Крыму фактически совпало с российской трактовкой этих событий. Мол, Украина сама виновата, она "подставилась". Прозвучал тезис о связи нынешнего руководства Украины с "бандеровцами", а ведь это перепев российской телепропаганды. Именно так эту новую позицию Беларуси расценил официальный Киев, который отозвал украинского посла из Минска.

Чем же объясняется эволюция в позиции Беларуси относительно конфликта России и Украины?

Во-первых, когда белорусское руководство предстало перед дилеммой, перед проблемой определения своей позиции в конфликте между соседями, с которыми страну связывают дружеские и тесные экономические отношения, то скоро выяснилось, что выбора-то и нет. Зависимость Беларуси от России такая сильная, что сохранять нейтралитет просто нет возможности. Как ни крутился, как ни сопротивлялся Лукашенко размещению на белорусской территории российских самолетов, но пришлось, потому что выкрутили руки. Фактически отсутствие выбора признал и сам глава Беларуси: "Из-за исторического прошлого, того, что мы один народ, создаем единый проект, мы будем с Россией. Нужно прекратить эти спекуляции. Если возникнет вопрос, мы всегда будем с Россией". Лопается миф о Лукашенко как гаранте независимости.

Во-вторых, Лукашенко не может игнорировать общественные настроения в Беларуси. Значительная часть белорусов смотрят на конфликт России и Украины глазами российских телеканалов, поддерживают позицию Москвы.

В-третьих, слабая реакция Запада на аншлюс Крыма. Западные санкции в отношении России стали почти копией санкций в отношении Беларуси. В результате влияние США и ЕС на постсоветское пространство будет существенно ослаблено. Причем не только в геополитическом, но и в идеологическом, ценностном плане. Квинтэссенцией этих новых настроений стала фраза Лукашенко на избирательном участке в воскресенье: "Запад — это такая профанация, это ни на что не способные люди. Сколько было пыли, я уже, честно говоря, бояться начал, хоть бы до войны не дошло. Ну и что? 20 человек не пустят в Европу!"

И тут Лукашенко не в одиночестве. Лидеры постсоветских государств выдержали паузу, посмотрели на ответ Запада и рационально решили поставить на победителя, поддержать сильного. Ведь с сильным дружить выгоднее. Сначала Казахстан, потом Армения публично поддержали аннексию Крыма Россией. Вполне следовало ожидать, что то же самое сделает и Лукашенко. Так в воскресенье и случилось.

В-четвертых, такой выбор легко понятен из идеологических причин. Поскольку начинается какой-то новый вариант "холодной войны" между Россией и Западом, то для Лукашенко с определенного точки зрения это даже хорошо. Ведь теперь не нужно играть в демократию, обращать внимание на то, что скажет Запад о правах человека. Теперь саму идею демократии можно объявить коварным инструментом США и ЕС ради подчинения народов постсоветских государств. Более жесткая позиция Лукашенко по поводу политзаключенных, прозвучавшая в этом воскресном выступлении, тому подтверждение.

Оскорбительное высказывание Лукашенко о Западе (так он давно не говорил) позволяет сделать вывод, что, кажется, на некоторое время западное направление белорусской внешней политики перестало иметь хоть какое-то самостоятельное значение.